Ирина Мершина. Алтай в сердце моём. (продолжение).

Пути и тропы, и кони
Автор: И. МЕРШИНА. , 26 июля 2012
Продолжение.
Начало статьи в №7 (1060), Газета «Уймонские вести», 16.08.2012 г.

– Скажи, Степан, а с какого места на Холодном белке лучше всего видно Белуху?
– А вам зачем?
– Да хотим разгадать тайну Рериха. Знаем, что когда был на Алтае, то поднимался на Теректинский хребет, вверх по Кучерле ходил, а в дневнике написал, что лучше всего Белуху видно со Студеного белка. Да и на картинах его Белуха изображена с юга, а не с севера. Но до сих пор никто не знает, где же видел Рерих Белуху с южной стороны. Вот проехали мы с тобой Батун, Погорелку, но нигде не видно Белуху.
Вечер четвертого дня пути конного маршрута. Горит небольшой кос-тер, позади нехитрый ужин, самое время для разговоров.
Наш проводник заинтригован вопросом, берет карту и начитает на ней рисовать маршрут, оживленно комментируя:
– Только с одного места видно Белуху. Надо пройти Собачью Тихую, Собачью Быструю, а потом лучше свернуть направо и пройти участки Малого Качества и Большого Качества, придете на гору Семешиху. Да и на самой горе только с двух мест ее видно. Я утром, когда проснулся, так ахнул, – Белуха как на ладони, рукой подать, совсем близкой кажется.
– А как гора выглядела? – не отстаем с вопросами мы, и Степан старательно выводит три вершины, действительно напоминающие южную экспозицию Белой горы.
Начинаем просчитывать километры, и получается, что Рерих реально мог за день доехать до этого места.
Вечер наш проходит на берегу реки Еленчадыр, завтра – завершающий отрезок пути до Капчала, и мы увидим долгожданную Белуху, простимся с проводниками и начнем пешеходную часть нашего маршрута.
Теперь уже с удовольствием вспоминаем прошедший день, замечательные быстрые переходы рысью по равнине, не в пример нашим первым дням.
Как и водится, сельский житель молдаванин Степан решил проверить на прочность городских жителей и экипировал наших лошадей старыми продавленными жесткими седлами, плохо отрегулировал стремена. Первый день маршрута длился всего пять часов, к концу дня, кое-как спустившись с лошади, едва не упала в обморок от нестерпимой боли в коленях. Через боль заставила себя ходить, ходить и постепенно все пришло в норму. На следующий день посмотрела, а у Степана на седле кожаная подушка. На мой вопрос, а почему у нас только жесткие седла, Степан хитро улыбнулся и сказал: «Так я уже пожилой».
Тут уж мы подручными средствами улучшили наши седла, отрегулировали стремена и только после этого тронулись в путь. Вот так буквально собственным телом начинаешь ощущать, что значит сесть впервые на коня и ехать целый день. И не просто один день, а много дней подряд, как это происходило в экспедиции Николая Рериха. Достоверно известно, что Елена Рерих именно там впервые села на коня, отказавшись от носилок, и ехала верхом целыми днями наравне с мужчинами. Когда это читаешь в дневниковых записях Николая Рериха, то данный факт просто скользит по поверхности твоего сознания, поскольку не подкреплен личным опытом. А вот когда ты пробуешь повторить это сам, тогда еще явственней проступает величие этих людей, способных даже в обыденных делах делать все сверх меры.
В первый день выехали в четыре часа пополудни, поэтому успели проехать только Каменных белок. Это название существует только на картах. Сами местные жители всю эту территорию называют Холодный белок, не разграничивая Каменный, Холодный и собственно хребет Холодные белки. Для них это все единая территория. Именно этот момент с одной стороны мог внести путаницу в определение того места, где бывал Рерих, с другой стороны значительно расширить ту территорию, где предположительно могли бывать участники экспедиции. Может поэтому до сих пор этот вопрос остается открытым?
Перед нами раскрывались алтайские просторы. Вот она, многоплановость и бесконечность пространства, как будто сошла с полотен художника. Вот они, необычные световые пятна на склонах, круглая радуга вдалеке, зыбкость и легкость очертаний гор. Спустились с очередного перевала, и попали в высокотравье. Сразу вспомнилась картина Николая Рериха, на которой видны только головы едущих среди высокой травы всадников.
«А когда перешли Эдигол, расстилалась перед нами ширь Алтая. Зацвела всеми красками зеленых и синих переливов. Забелела дальними снегами. Стояла трава и цветы в рост всадника. И даже коней здесь не найдешь. Такого травного убора нигде не видели», – писал Николай Рерих в своих дневниках.
Нас верхом на конях действительно спрятали мощные заросли кукольника, аконита, маральего корня. Мощный аромат цветов буквально оглушил. Казалось, что аромат проник во все внутренности, заполнил изнутри, словно выгоняя остатки запахов цивилизации. Природа говорила: «Стань как я, такой же ароматной, душистой, подвижной…» Не выдержав такого натиска природы, на одном из склонов, мы буквально рухнули в эту роскошь, предоставив коням возможность немного перекусить. У них-то подход к этой красоте утилитарный – что бы такого вкусненького по дороге ухватить. На одном из спусков мой замечательный конь Турист, резко затормозил и согнулся за очередной порцией мятлика, и я едва не потеряла равновесие.
– А я своему коню дал пару раз по ушам, теперь он не хватает по дороге траву, – делится советом один из напарников. Женская суть, призванная кормить детей, мужа, гостей, противится: коня тоже надо кормить! Но мысли о безопасности заставляют найти золотую середину и теперь «перекусы» Туриста под моим контролем.
Впереди высится Большереченский перевал. Преодолеваем его двухкилометровую высоту, и через час пути перед нами открывается озеро Тальмень. Широкое, просторное, величественно-спокойное озеро приветствует нас бирюзовой гладью с силуэтами отражений окрестных гор. Прибрежные воды буквально кишат совсем маленькими и подросшими мальками хариуса, они любопытно тычутся в наши ноги, а мы удивляемся и необычайной теплоте воды горного озера и бестолковому любопытству рыбок. Жизнь неспешно течет на озере своим чередом. Небольшие домики для отдыхающих, катер для прогулок. Иногда прилетает вертолет, идет строительство большого коттеджа, – вся эта цивилизация тонет в девственности этих мест.
Огибаем озеро с западной стороны и постепенно поднимаемся на плато. Нашему взору открывается невиданное зрелище – лилово-сиреневые склоны гор. Это не световой эффект, тут опять постаралась богиня Флора. Такую окраску горам придают заросли Иван-чая.
Забирается Иван-чай в горы довольно высоко. Часто его можно встретить среди камней наравне с горным маком. Но гигантских размеров он предстал перед нами в долине реки Капчал – выше человеческого роста. Заросли Иван-чая, карликовой березы и ивы на россыпях курума представляли для нас большую трудность при передвижении, особенно когда едва заметная тропинка окончательно пропадала.
Мы уже едем с южной стороны Катунского хребта. Неприступны остроконечно-зубчатые вершины, прикрытые снежниками с множеством мелких моренных озер, нанизанных как жемчужины на ниточки зарождающихся здесь рек. Горы рождают облака, реки питают долины самым необходимым – водой. Суровый безжизненный камень дает начала многим и многим жизням. Осознание этого планетарного действа как-то по-особому заставляет биться сердце: ровно, уверенно. Каждой клеточкой своего организма начинаешь понимать высказывание Вернадского «всюдность жизни». Ничего не замирает в Космосе. Все становится отправной точкой для чего-то нового, точкой роста.
Наступил долгожданный момент. Белуха величественно раскрыла свои вершины. Много раз приходилось видеть Аккемскую стену, поневоле замерла в ожидании, а какая она, Гора Белая, с другой стороны. Мощные ледопады ледника Геблера, обилие снега, водоворот туч над вершиной, – все говорит о неприступности Великой горы. Мы останавливаем коней, чтобы полюбоваться развернувшейся панорамой, настроить свой ритм на дыхание Белой горы, где-то мысленно прося покровительства и защиты в реализации наших планов.
Завершилась первая конная часть нашего маршрута. Неторопливо перекладываем вещи, продукты, альпинистское снаряжение из сумин в рюкзаки, исподволь рассматривая зубчатую стену гор впереди. Через несколько дней, пройдя три категорийных перевала: Восточный Капчальский, Токмак и Рига-Турист, поднявшись на безымянную вершину в честь Международного Центра Рерихов, мы оказались на Аккемском озере.
На следующий день нас в Тюнгуре ожидал автобус, времени явно не хватало, поэтому принимаем решение нанять коней, чтобы быстрее добраться до поселка. Утром, опоздав на два часа, молодой алтаец подводит к нам коней, и мы отправляемся в путь. Два часа – и мы на перевале Каратюрек. Солнце нещадно палит, вершинное плато кажется почти безжизненным, мы спорым шагом отмериваем по нему километры. Доходим до каменной избы и начинаем крутой спуск сначала по кустарнику, затем по терпкому кедровому лесу. Час экстрима – и мы на берегу реки Кучерла. Навстречу нам попадается большая группа туристов на горных велосипедах. Они уныло тащатся среди камней и лесных дебрей, зато лихо крутят педали на равнинных участках. Мы поглядывает на них свысока на наших надежных транспортных средствах мощностью в одну лошадиную силу.
Подъезжаем к стоянке древнего человека на ручье Куйлю с петроглифами на скале. Звериный стиль времен неолита говорит с нами фигурками древних коз, разбегающихся по монолиту скалы. Кто-то уже попытался повторить созданной древним человеком силуэт и нацарапал свой вариант. Обливаем скалу водой, чтобы ярче проступил древний вариант. Нам, избалованным бытовой техникой, Интернетом, мобильной связью зачастую не хватает времени взять лист бумаги и изобразить на нем то, что волнует нашу душу. А наш предок в тяжелых условиях выживания нашел время кропотливо твердым камнем прорезать изящные фигурки. Наверняка он не задумывался о том, какой привет посылает своим потомкам. Глядя на древние письмена, затерянные в горах далеко от современной цивилизации, понимаешь, как мало мы знаем о человечестве, его истории. Значит, жили здесь люди, и тропе, по которой мы идем – не одна тысяча лет. Это как-то входит в резонанс с девственностью окружающей природы, кажется, что на склонах гор не ступала нога человека.
Один из парадоксов Алтая – такое количество людей проходит ежегодно по этим местам, а кажется, что и нет никого. Алтай удивляет всем: природой, историей, людьми. Спрашиваем молодого алтайца, который предоставил нам коней о том, чем он занимается зимой, когда нет туристов.
– На озеро Телецкое на коне ухожу, границу охранять.
– Какую границу, – недоумеваем мы.
– С Хакассией.
– Как с Хакассией, ведь это наша российская территория?
В ответ слышим удивительный рассказ о том, как хакасы уводят табуны лошадей алтайцев, угоняют домашний скот. И это в наш ХХI век! Но начинаешь верить рассказчику, поскольку район Поднебесных Зубьев в Кузнецком Алатау также навестили по осени хакасы и повредили приюты. Зачем? А просто чтобы туристов ходило поменьше. Такая вот народная мудрость, а может быть уже и глупость. Никогда еще грубые меры не могли сдержать движение эволюции. Лучше подумать о том, как сделать все красиво, экологически правильно, научить людей находиться в природе. Процесс воспитания всегда более трудоемкий и незаметный, но если корни пущены, то и крона дерева вырастет достойной.
Хранятся определенные территории до своего срока, но неминуемо пробуждение и большая работа на эволюцию планеты. Так сейчас проснулся Хан-Алтай, время пришло. Хотя спал ли когда-то? Последние археологические раскопки говорят о великом переселении народов через плато Укок.
Кони, почуяв дом, на равнинных участках сами переходят на крупную размашистую рысь. Поневоле сравниваю уймонских и тюнгурских коней. Последние, работая летом на перевозке туристов, определенно выносливее. Нам понадобилось всего 10 часов, включая кратковременный отдых, чтобы с Аккемского озера попасть в Тюнгур, а это около пятидесяти километров да еще с категорийным перевалом.
Но своего коня Туриста вспоминаю с благодарностью. Вот уж кто настоящий друг и помощник человеку. С каким внутренним облегчением поднималась я на нем в горы – не надо самой нести рюкзак, с восторгом переходила вброд реки, реально понимая, что пешком это было бы сделать гораздо труднее. Сначала подходила к нему с опаской, глядя на увесистые подкованные копыта, потом училась ему доверять, поменьше дергать за удила – конь сам дорогу знает, старалась помочь быстрее расседлать его на стоянке. И в благодарность – лошадиная морда у меня на плече, да хитрый добрый взгляд больших карих глаз из-под светлой гривы волос.

Продолжение следует…

Газета «Уймонские вести», 26.07.2012 г.

Международный Центр Рерихов Благотворительный Фонд имени Е.И.Рерих

Международный Совет Рериховских организаций имени С.Н. Рериха

Русский космизм Живая этика и искусство Живая этика и музыка Живая Этика и наука - научно-популярный сайт о новой системе познания группа Соратники, акция, Рерих, Юрий Рерих, Николай Рерих,  Святослав Рерих, Елена Рерих, защита наследия, архивы, картины, коллекции, соратники, квартира Юрия Рериха этика в основе каждого дня, живая этика, агни йога, пакт рериха, знамя мира пакт рериха, знамя мира, николай рерих, всемирный день культуры, биография рерих

Яндекс.Метрика