Михаил Бакланов. Мастер-Банк: кредиты и коллекция картин Святослава Рериха из Америки

Титул рекламного каталога коллекции работ С.Н. Рериха, выставленной на продажу. Портрет Н.К. Рериха, кисти Святослава Николаевича Рериха, 1936 года, один из продаваемых лотов.

 

*   *   *

 

После проведенной 7-8 марта полицейской операции в МЦР, в прессе появился ряд публикаций с попытками связать теневую деятельность Мастер-Банка с Центром-Музеем, якобы содержавшимся на его криминальные деньги, включая приобретение картин Н.К. и С.Н. Рерихов. В частности – крупной партии работ С.Н. Рериха в Америке.  На примерах изучения судебных решений по основным фигурантам, упоминаемых в СМИ, автором видится иная картина истории приобретения коллекции работ Святослава Рериха в Нью-Йорке.

 

    События 7-8 марта, произошедшие в МЦР в связи с проведенной полицейской операцией по изъятию предметов искусства в качестве «вещдоков» по расследованию уголовного дела в отношении Мастер-Банка и его руководства, всколыхнули общественность страны и зарубежья. Не буду конкретно останавливаться на общей оценке такого события, высказанных представителями МЦР, его сторонниками, а также замешанными в этой истории сотрудниками Министерства культуры РФ и Музея Востока, принявших непосредственное участие в вывозе культурных ценностей и ряда документов из Музея – об этом сказано много и по-разному. Меня же заинтересовало одно направление этого деяния, которое успешно раскручивалось журналистами в первые горячие дни события на волне информационного бума в желании придать спецоперации определенную направленность и связать культурную деятельности МЦР с криминалом и махинациями последних нескольких лет работы Мастер-Банка и его руководителя Б.И. Булочника. Речь идет о навязывании общественности мнения о приобретении картин Н.К. и С.Н.  Рерихов главой Банка Б.И. Булочником на «теневые» банковские деньги, полученные якобы в результате заведомо невозвратных кредитов на подставных лиц. То, что деньги исчезали из Банка в неизвестном направлении, включая и через схему оформления кредитов на фиктивные организации и физические лица, не вызывает сомнений — пусть с этим разбирается следствие. А вот то, что на эти деньги якобы совершались покупки произведений Рерихов и потом они дарились Центру – вопрос поставлен явно преждевременно. Эти выводы должно сделать следствие, которое уже не первый год пытается разобраться с деятельностью Банка и пока глубокомысленно молчит, и я его понимаю – доказать этот факт чрезвычайно сложно. Журналистам и прочим свободным от процессуального Кодекса лицам, гораздо проще в этом отношении.  В их распоряжении свободное демократическое информационное поле СМИ, которое может много чего  стерпеть из наших раскрепощенных уст. Я не знаю, как в нашей стране оплачивается труд журналистов, и платят ли им как на Западе за первоочередную подачу сенсации в прессе, но позволю предположить,  что и  у нас журналиста «ноги» и прочие качества тоже неплохо подкармливают. Вот почему не удивился, когда некоторые авторы публикаций оказались весьма быстро  подготовленными к комментариям о  прошедшем событии и  почему в их руках оказались сведения о пикантных подробностях истории с картинами С.Н. Рериха, изъятыми из Музея. Можно подумать, что информационный вброс в данном направления уже был заранее подготовлен заинтересованной стороной в виде готовой легенды для журналистов и общества в целях создания определенного черного имиджа Центра-Музея и его деятельности. Читатель может считать, как ему хочется, а мне больше импонирует факт заранее подготовленного информационного оповещения общественности о подоплеке состоявшегося события. Но в любом случае я отчасти благодарен журналисту [1], с легкой руки которого все СМИ подхватили данную легенду, в том числе и отдельные рериховеды в стане оппонентов тут же стали ссылаться на этот источник как на вполне достоверный. Хотя, конечно, знают  изнанку  этой истории с совершенно другой стороны и  гораздо правдивей, чем могут себе позволить сказать остальным рериховцам и общественности. Я их понимаю: корпоративные интересы и необходимость придерживаться разработанного плана легенды – закон для исполнителей. Хотя приходится извиваться ужом под перекрестным обстрелом любопытных вопрошателей на той же площадке Рерихкома, где  мартовские  события до сих пор бурно обсуждаются.

 

Итак, о чем же конкретно идет речь в распространяемой в обществе легенде [2]. Оказывается, в статье  «Меценат сбежал, суды проиграны, пришли с обысками» журналистка «Новой газеты» провела (опубликовано 11 марта 2017 года) собственное расследование с потрясающей быстротой и осведомленностью. В результате чего установлено (цитируется только фактологическая основа):

 

<…> «По словам официальных представителей, следователи изъяли 200 картин, предположительно — приобретенных  экс-главой «Мастер-банка» Борисом Булочником на похищенные средства этого банка»…

 

<p»> <…> «РЕШЕНИЕ Подольского городского суда Московской области №2-4822/12 от 08 июня 2012 года: «…взыскать с Плешаковой Галины Эдуардовны, Хафизова Шэвката Фаттаховича, Хафизова Андрея Шэвкатовича, Хафизовой Ольги Александровны, Плешаковой Екатерины Александровны солидарно в пользу МУП «ИРЦ ЖКХ города Подольска» задолженность по оплате коммунальных услуг и оплате за жилье … в размере 59319 рублей 15 копеек»…

 

<…> « Ольга Хафизова 1988 года рождения (в девичестве Плешакова), зарегистрированная по месту жительства с мамой, сестрой, мужем и сыном, — известный в узких правоохранительных кругах «коллекционер», владевшая 48 (!) картинами Святослава Рериха, выкупленными из собрания Музея Николая Рериха в Нью-Йорке, США»…

 

<…> «семья Хафизовых задолжала кредиторам около 320 миллионов рублей, в том числе индивидуальный предприниматель Шэвкат Хафизов накопил 110 миллионов рублей долгов, а любитель искусства Ольга Александровна — аж 212 миллионов. Несколько месяцев назад оба через суд добились признания себя банкротами, ИП мужа деятельность больше не ведет»…

 

<…> «В 2014 году один, если не единственный, из кредиторов Хафизовой — «Мастер-банк» — получил на руки судебное решение о взыскании с неё задолженности по кредитному договору. Решение было заочным, потому как ответчик в суд не явилась, в обеспечение задолженности банк забрал заложенное 26-летней жительницей Подольска имущество — семь картин Рериха [3]:

 

Горный пейзаж с четырьмя женщинами;  Горный пейзаж;; Потрет Кэтрин Кэмпбелл в платье из желтого шелка; Портрет Н.К. Рериха; Священные обряды; Четыре рыбака; Ожидание»…

 

<…> «Достоверно подтверждено наличие в собрании МЦР 18 картин Николая Рериха, купленных на аукционе Cristie’s, стоимостью от $105,000 до $1,756,000 каждая. «Портрет Николая Рериха в тибетском одеянии» кисти его сына, по данным аукционного дома, ушел в апреле 2009 года почти за три миллиона долларов, она также находится в негосударственном собрании МЦР»…

 

<…> «Cristie’s не раскрывает имена покупателей, зато это может делать Подольский суд. Еще девять полотен из числа купленных Хафизовой оказались переданными в МЦР Булочником:

 

Кэтрин Кэмпбелл, позирующая в образе китайской девушки (1926/1927 гг.); Кэтрин Кэмпбелл в черном каракуле (1926/1927 гг.); Кэтрин Кэмпбелл в каракуле с красным шарфом (1926/1927 гг.); Кэтрин Кэмпбелл в красно-синем тибетском халате (1926/1927 гг.); Портрет Ламы (1923г.); Портрет Ламы (1925г.); Портрет женщины (1926 г.); Наташа Рамбова (1930г.); Кэтрин Кэмпбелл в норковом пальто (1926/1927 гг.) [4]…

 

<…> «Как подольская коллекция злостного неплательщика ЖКХ оказалась у владельцев «Мастер-банка» — загадка. Предположение, которое предстоит доказать следствию, — была ли это классическая обналичка с «культурным» ароматом, при которой деньги вкладчиков превращались в активы собственников: многомиллионные кредиты выдавались по документам людей, которые заведомо не могли их вернуть, на эти деньги покупались картины Рерихов в Европе и Америке». (Выделено мною – М.Б.)

<p;»>  

 

 

Предистория продажи коллекции картин Святослава Рериха Нью-Йоркским Музеем Н.К. Рериха

 

   Я восхищаюсь той осведомленности, которую проявила в столько короткий срок журналист газеты. И вместе с тем благодарен тем, кто стоял за её спиной в подаче этой легенды, где по законам жанра принято в массив правдивых сведений вставлять искаженную информацию, уводящую читателя в нужном организатору акции направлении. Именно знание особенностей выявления такой работы по защищаемому объекту и ряд других признаков подачи материала, заложили в моем сознании желание разобраться с этим вопросом более объективно. Я не представитель СК РФ, у которого на руках есть много чего из документов по этой истории, не представитель Минкульта и ГМВ, которые знают эту историю не понаслышке, я лишь обычный пользователь Интернета. Найти иголку в стоге сена очень сложно. Иногда она туда просто не попадает. Но кое-что из осколков этой «иголки» обнаружить удалось. Начнем по порядку, с истории желания продать эту коллекцию картин С.Н.Рериха директором Нью-Йорского музея Н.К. Рериха (НЙМ) господином Д. Энтиным. Воспользуюсь информацией с сайта ИО «Содружество» (ИОС), чтобы оппоненты не обвиняли меня в специальном подборе цитируемых источников в пользу МЦР. История попыток продажи картин С.Н. Рериха Д. Энтиным довольно старая и вот как он сам говорит о ней в частном письме от ноября 2006 года:  

 

 

<p;»>«…Касательно вашего вопроса о картинах Святослава Рериха, которые находятся у нас: вам следует знать, что эти картины были изначально частной собственностью Кэтрин Кэмпбелл-Стиббе, и они появились в нашем музее лишь после смерти З.Г.Фосдик, когда Кэтрин передала их нам в дар. В то время мы устроили большую экспозицию, но сейчас держим их в хранилище, т.к. наш музей мал, и его стены заполнены картинами Николая Рериха. Мы экспонируем некоторые из них время от времени, и, конечно, портреты Н.К. и Е.И. [работы Св. Рериха] постоянно на стенах. <…> Несколько лет назад, когда в Лэйк Гарда, в Италии, проходила рериховская конференция, на которой были как западные, так и российские рериховеды, я обсуждал коллекцию картин Святослава с Людмилой Шапошниковой и сказал ей, что мы готовы рассмотреть возможную передачу этих картин в МЦР путем продажи их г-ну Булочнику. (По закону мы не можем бесплатно отдавать нашу собственность. Мы можем продать картины Святослава Рериха с тем, чтобы выручить средства на приобретение картин Николая Рериха – это соответствует декларации о назначении [музея] в Хартии, предоставленной Музею). Людмила Шапошникова с восторгом восприняла такую возможность, но после возвращения домой в Москву она изменила свое мнение и решила подвергнуть нас атаке за то, что мы «выкидываем Святослава Рериха из Музея». <…>
Поскольку, по закону, мы не имеем права отдавать нашу собственность куда-либо, мы не можем даже рассматривать ваше предложение о дарении картин СибРО. Мы с ними очень дружны, и я уверен, они понимают наши доводы.

Нашему Совету [Попечителей] необходимо будет решить, что делать с картинами Святослава Рериха. У нас нет возможности выставлять их, разве что время от времени. Большинство музеев вовсе не озабочены таким состоянием дел. Государственный Русский Музей в Санкт-Петербурге имеет более четырехсот картин Николая Рериха и почти все держит в хранилище!..» [5].

 

Позволю высказать предположение, почему Л.В. Шапошникова отказалась от приобретения картин у Энтина: цена такой коллекции была неподъемной даже Б.И. Булочнику (о чем – далее). Между тем деловые отношения между МЦР и НЙМ постепенно окончательно испортились, и когда Энтин перешел к конкретным реализациям планов продажи этой коллекции картин С.Н. Рериха, в Москве в начале октября 2010 года проходит открытие 3-х выставок, организованным Центром. Одна из них называлась «Гибнущая коллекция», состояла из двух подразделов и была посвящена печальной судьбе части наследия семьи Рерихов и ряда созданных ими художественных произведений. Первый из них рассказывает о разграблении части наследия семьи Рерихов, принадлежавшей старшему сыну Н.К. Рериха – Ю.Н. Рериху и привезенной им в СССР в 1957-м году. Второй состоит из тематических стендов, рассказывающих о готовящейся распродаже картин С.Н. Рериха из фондов нью-йоркского Музея Н.К. Рериха [6]. Рериховская общественность моментально откликнулась на это событие, и на Рерихкоме состоялся «мост» с Д. Энтиным [7], который на вопрос: «Рассматриваете ли Вы возможность продажи коллекции картин С.Н.Рериха целиком в одни руки?» Ответил: «Да, конечно. Может быть, вам следует убедить МЦР ее купить!». Единственным ограничением по продаже картин Энтин выставил условия их приобретения неделимой коллекцией и в руки граждан или организаций России или Индии. Перед этим событием была попытка продать в Россию всю коллекцию картин одному частному лицу (не Булочнику), который планировал создать в Москве музей С.Н. Рериха, однако сделка не состоялась из-за мирового (2008г.) экономического кризиса. Когда решение о продаже картин С.Н. Рериха окончательно выкристаллизовалось и стали предприниматься конкретные шаги в этом направлении,информация об этом распространилась по всему миру в среде потенциальных покупателей.  Дошла она и до Индии, где послом был почитатель творчества Рерихов А. М. Кадакин. Он пишет письмо (начало февраля 2011г.):

 

«Мой хороший друг из корпоративного мира прислал мне вот такую тревожную информацию. Просьба срочно обратить внимание всех, кому эта информациянебезразлична или у кого есть интерес к возможному приобретению. Всех благ. А.М. Кадакин.»

 

 Информация была такого содержания:

«Человек по имени Тодд Налвен предложил вниманию Посольства Российской Федерации в Республике Индии всю нью-йоркскую коллекцию работ С.Н. Рериха, которая выставляется на продажу оптом. Через традиционные аукционы они работать не планируют, а ведут разговор с потенциальными интересантами в России и Индии. Стартовая цена вопроса — якобы USD 15 млн.» [8].
После чего на форуме ИОС был задан и получен ответ (конец февраля 2011г.) от сотрудницы НЙ Музея Аиды Тульской:

 

«Информация Кадакина верна, но не совсем. Музей думает продать не все работы СНР, а коллекцию из 48 картин. Решение принято советом директоров, контракт (исключительный) подписан с нашим агентом, её зовут Лана Ротенберг.
Тодд – её контакт, работает с ней. Об аукционной продаже речь не идёт и идти не может. СНР вместе с НКР – совершенно уникальное явление, сокровище, которым Россия вообще-то должна гордиться, и СНР – огромный талант, потрясающий, его ещё недостаточно оценили. Коллекция, о которой идёт речь, – уникальна тем, что она сама по себе представляет маленький музей СНР: в ней представлены все его периоды, от юношеского до «индийского». У нас она хранится в запаснике, а должна бы по достоинству быть доступна людям, и не по кусочкам, через аукционы, а целиком. Музей совсем не в таком положении, чтобы продать её, лишь бы продать. Она может у нас продолжать храниться и дальше – пока кто-то либо из государственных деятелей, либо из «олигархов» не поймёт, какая это редкость и насколько она ценна, особенно в этом редчайшем тандеме НК + СН. Россия или Индия? Обе страны были частью жизни семьи Рерихов. Было бы у нашего музея ещё 2-3-4 этажа, давно бы картины СНР висели на стенах. Но этого нет, и не предвидится, а картинам нужны не хранилище, а зрители. Но продавать по кускам через аукционы – это исключено.
Каталог этих 48-ми работ наш агент выпустила
[2010 год, в нем Тодд Нельсон обозначен как московский представитель по вопросам продажи картин  в России – М.Б.], все вопросы к ней. Сроков никаких нет, всё зависит от предложений потенциальных покупателей, а главное – кто они. Если это просто дилеры, заинтересованные в перепродажах, – с ними разговаривать не будем. Речь может идти только о людях или организациях, которые ценят Рерихов и понимают их уникальность, как и уникальность этой коллекции» [9].

 

Сам процесс переговоров о  продаже картин, конечно же, закрытая информация, доступная только узкому кругу лиц, однако ее, все же, купил Б.И. Булочник, о чем свидетельствует  в своем интервью очевидец и участник  спецоперации МВД в МЦР 7-8 марта 2017 г., нынешний хранитель Музея в Нью-Йорке  Д. Попов:

 

 «…Что касается Музея Николая Рериха в Нью-Йорке, то он действительно однократно продал собрание из 48 картин Святослава Рериха. Однако, во-первых, это собрание находилось в собственности музея, но вовсе не входило в его музейные фонды. Наш музей, в строгом соответствии с уставом, является музеем именно Николая Рериха. Поэтому доставшиеся ему в наследство картины Святослава Рериха никогда не включались в его музейную коллекцию и никогда не предназначались для задействования их в экспозиции. Музей никогда не пойдёт на сокращение экспозиции Николая Рериха ради того, чтобы выставить картины его сына. Поэтому у нас произведения Святослава Рериха были обречены на вечное пребывание в фондохранилище. Но, в силу большой популярности творчества Святослава Рериха в России, Правление Музея приняло решение, что будет правильно позаботиться о том, чтобы это собрание перешло в один из музеев РФ. Поскольку музей весьма небогат и нуждается в средствах на развитие, было решено продать это собрание по действующей на арт-рынке цене. Твёрдым условием этой продажи было то, что собрание в целостном виде должно было поступить в один из российских музеев. Соответствующие предложения были сделаны по всем направлениям. Были варианты с покупкой этих картин различными меценатами, намеревавшимися передать их в государственный Музейный фонд РФ. Но в итоге было принято предложение Б.И.Булочника, который якобы приобретал их для передачи в музей МЦР. И наше руководство поверило ему.
Конечно некоторые сомнения возникли, когда оказалось, что реально в роли покупателя выступит вовсе не сам Б.И.Булочник, а некое неизвестное нам третье лицо. Но было принято решение довериться Б.И.Булочнику и в этом вопросе.
Лишь когда уже потом стали приходить известия, что в МЦР поступило лишь девять картин, а другие почему-то оказались в руках аж нескольких частных владельцев,
[ссылка на статью в «Новой газете»! – М.Б.]Музей Николая Рериха в Нью-Йорке понял, что был цинично обманут. В последний год своей жизни наш уже вышедший на пенсию директор Даниил Энтин горько сожалел об этом.
Как видите, судьба этих картин весьма ярко показывает действительный, а не мнимый уровень радения МЦР о должном сохранении в своём музее тех произведений Рерихов, которые попадают им в руки. Думаю, что в адрес МЦР тут дальнейшие комментарии излишни.
Но надо обратить внимание на то, что в этом случае «злокозненное» государство как раз предпринимает успешные действия по выявлению и изъятию этой коллекции с передачей её на хранение и экспонирование в Музее Востока, а в дальнейшем в Государственном музее Рерихов. И сейчас целостность этого собрания, распылённого по воле руководства МЦР и его псевдо-мецената (который лишь перекладывал ценности из одного кармана в другой),
[ссылка на публикацию в «Life»! – М.Б.]уже почти восстановлена.
Поэтому мы исключительно благодарны российскому государству в лице министерства юстиции и Министерства культуры, усилиями которых эта коллекция вновь собирается и обретает музейный статус в Музее Востока в Москве, с которым нас [НЙМ] связывают уже около сорока лет плодотворного сотрудничества»
[10].

 

Выделю из интервью для комментария ряд важных моментов. Картины продавались по договоренности точно Булочнику через посредника; цена их продажи соответствует статусу действующего арт-рынка; картины продавались в Россию цельной коллекцией одному лицу-посреднику; продавцу якобы этот посредник не известен; после продажи коллекция оказалась распыленной в России по нескольким? адресам.

 

Тезис о том, что посредник был и он неизвестен, не выдерживает критики только потому, что такой посредник в таких делах – обычное дело в операциях купли продажи – не сам же Булочник должен заниматься технической работой! Для этого существуют специалисты, зарабатывающие на профессионализме своих услуг. Если сделка и её условия заранее обговорены сторонами, то все действия, включая финансовые и правовые моменты, в том числе и доверенность на поведение сделки у такого эксперта со стороны покупателя-собственника обязательно должна присутствовать. Сделка совершалась законным легальным порядком с учетом законодательств США и РФ, оформлялись необходимые документы для вывоза и ввоза. Каждая сторона получила свой полный и равноценный пакет документов сделки по купле-продаже картин. Что касается цены сделки, то она вряд ли могла быть ниже заявленной ранее — $15 млн. Выше – вполне возможно. Теперь заглянем в личный карман к Булочнику – ведь сумма в 15 млн. долларов все же солидная даже для него! Помогли в этом дотошные журналисты, которые составили в мае 2011 года «Топ-50» богатейших бизнес-семей России. Булочники (Александр, Борис и Надежда) заняли 45 место с суммой в $250 млн. и имели личный капитал в 160, 80 и 10 млн. долларов соответственно [11].С учетом того, муж и жена Булочники оба были поклонниками Живой Этики, на картины денег хватило бы без всякого воровства, и еще немного на хозяйство осталось.

 

 

Квартирный вопрос семьи Хафизовых и кредиты в банках

 

 

   Как видно из базовой публикации в «Новой газете» все грехи по приобретению картин С.Н.Рериха цельной коллекцией в Америке, «хранению их в кладовке квартиры в Подольске», получению безвозвратных многомиллионных кредитов в Мастер-Банке и прочее, прочее, легли на плечи скромного подмосковного «коллекционера-любителя» — Хафизову Ольгу Александровну. Причем, имеющую немалый (на всех пятерых) коммунальный долг за неуплату квартплаты. Этакая 25-летняя арт-преступница всероссийского масштаба с «горящими культурными глазами». Именно это и насторожило меня – уж больно всё как-то странно собрано в одну кучу и шито белыми нитками. Поднял судебные решения городского суда тех времен. Действительно, такое Решение о взыскании коммунального долга реально существует (Дело №2-4822/12 от 08 июня 2012 года, г. Подольск, МО) по иску собственника жилья к «Плешаковой Галине Эдуардовне, Хафизову Шэвкату Фаттаховичу, Хафизову Андрею Шэвкатовичу, Хафизовой [в девичестве — Плешакова]Ольге Александровне, Плешаковой Екатерине Александровне о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг и оплате жилья, <…> суд решил  удовлетворить исковое требование и взыскать солидарно с семьи основной долг в 55 411 руб. 28 коп. <…> и в итоговой сумме — 59319 рублей».

 

Стал выяснять причины долга и нашел, что данная семейная и не редкая в стране жилищная трагедия, развилась не сразу. 3 марта 2015 года Московским областным судом (Дело №33-1961/2015) [12] было вынесено апелляционное Определение на Решение (от ноября 2014г., Дело: 2-7232/2014) Подольского городского суда по иску Плешаковой Е.А., Хафизовой О.А.(дочери) к Плешаковой Г.Э. (мать), и к ООО «Управляющая компания Актив Холдинг Менеджмент» о признании права пользования жилым помещением (спорная квартира). Оказалось, что дочери в 2006 году отказались от приватизации жилья в пользу матери. Мать в марте 2007 года заключила с коммерческим банком «Москоммерцбанк» кредитный договор ипотеки и договор залога квартиры. Кредит на 15 лет в размере 117 тыс. дол. США (к моменту исков долг вырос только до 147 тыс., что говорит о том, что первоначально обязательства по кредиту исполнялись). Кредит затем был трижды переуступлен другим организациям и к ноябрю 2010 года оказался   в руках у «УК АХМ», которая расторгла договор кредита и готовилась выставить на продажу (131 тыс. дол.) заложенную квартиру в счет компенсации долга. Суд определил обоснованность решения суда второй (городской) инстанции и оставил апелляцию истцов без удовлетворения. На том основании, что «доводы представителя истцов в судебном заседании о том, что в момент приватизации квартиры истцы имели равные права с ответчиком на квартиру и, отказавшись от участия в приватизации, они исходили из того, что право пользования жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу, а обращение взыскания путем продажи квартиры с публичных торгов может повлечь прекращение права пользования истцов спорной квартирой, что нарушит их жилищные права. Истцы прописаны в этой квартире, постоянно в ней проживают и их это право   в настоящее время никем не оспорено».

 

 

По настоящее время семья Хафизовых – Плешаковых борется за свою жилплощадь, стараясь удержать квартиру в своих руках. Так, в марте этого года Московский областной суд снял очередное Дело их квартирного вопроса с рассмотрения и отправил его в суд первой инстанции.

 

 Суммируя пакет поднятых и доступных судебных документов по жилью семьи Плешаковых — Хафизовых, можно нарисовать такую общую картину.

 

В 2006 году была проведена приватизация квартиры Плешаковой Г.Э., дочери отказались от приватизации в пользу матери. Мать, желая (возможно) купить собственное жилье для дочерей, берет ипотечный кредит на 15 лет в коммерческом банке под залог своей собственной квартиры и вскоре не может рассчитываться по долговым обязательствам перед банком. Упоминаемое в «Новой газете» судебное решение о коммунальном долге семьи, не единственный эпизод в её жизни: к июлю 2010 года семья накопила коммунальный долг в 37 тыс. рублей, взыскание прошло через мировую судью г. Подольска, где «ответчик Плешакова Г.Э., в судебное заседание явилась, исковые требования полностью признала, пояснила, что в связи с тяжелым материальным положением оплата за указанный период не производилась, обязуется погасить задолженность в ближайшее время». Долг был погашен, но затем был вновь накоплен к 2012 году.

 

Полученный ипотечный кредит необязательно было использовать только на улучшение своих жилищных условий, но и в любых других целях, что в таком случае подразумевает наличие залога. Банк (с 2009 г.) переуступает кредитные требования другому лицу, последний из них начинает процесс по реализации прав требования к Плешаковой Г.Э по погашению кредита путем продажи заложенной квартиры с конца 2011 года. В феврале 2012 года районный суд г. Москвы впервые удовлетворяет исковые требования Управляющей компании, владеющей правом истребования кредитного долга Плешаковой. Городской суд Подольска утвердил решение суда первой инстанции и это же подтвердил московский областной апелляционный суд в марте 2015 года. После чего заложенная квартира Плешаковой могла быть через суд выставлена и продана за кредитные долги. Плешаковы оказались под угрозой выселения. Удалось восстановить скрытые персональные данные в материалах судебных решений по причине их большого количества, так как разные протоколы скрывали одни сведения, оставляя открытыми другие.  В квартире №59 по адресу… проживали и были прописаны: Плешакова Г.Э., ее дочери Плешакова Е.А. Хафизова О.А (Плешакова), муж Хафизов А.Ш. и его отец Хафизов Ш.Ф. Прописаны соответственно: семья Плешаковых с марта 1991 года, Хафизов А.Ш. с 17.01.2008. и Хафизов Ш.Ф. –  с 17.07.2008. Источники доходов удалось определить только у Хафизовых – мужчин. Оба обозначены как индивидуальные предприниматели, род занятий – торговля в неспециализированных магазинах. Младший Хафизов (возможно) являлся владельцем компании «МОБИЛ ЭКСПРЕСС» в г. Подольске с уставным капиталом в 10 тыс. рублей, с таким же родом деятельности.

 

Ситуация к середине 2012 года с коммунальным долгом, описанная в «Новой газете», явилась следствием накопленного семейного долга за время около полутора лет неуплаты квартплаты в связи с предыдущими выплатами по ипотечному кредиту и судебными издержками в борьбе за квартиру. Никакого отношения к Мастер–Банку, картинам и т.д. эта бытовая семейная кредитная история не имеет.

 

Теперь обратимся к другой кредитной теме семьи, связанной с Мастер-Банком. Остается загадкой, как кредиты такой величины и на короткий срок выдавались семье, чья кредитная история уже была не блестящей, а уровень доходов изначально не позволял рассчитаться с кредитором. Ведь в таком крупном Банке существовала своя служба финансовой безопасности, которая обязана была проверить кредитоспособность заемщика. Всегда, конечно, у любого банка есть потери за счет невозвратных кредитов, но этот случай уникален якобы по криминальному таланту, проявленному семьей Хафизовых с одной стороны, и халатностью банковских служащих с другой.  Сейчас раздаются голоса, что Банк заведомо выдавал невозвратные кредиты гражданам и организациям. Пилить банковский «сук», на котором «сидел» сам Банк, можно только в одном случае, если деньги заемщикам вообще не выдавались и просто исчезали в черной криминальной дыре в преддверии банкротства Банка, а там пускай следствие и Управляющая компания разбирается кто, что и кому должен. Второй вариант – это так называемый «внутрибанковский заем», известный под термином «технический кредит», когда для поправки ряда статистических показателей оформляют фиктивные кредиты на своих служащих или на надежных сторонних граждан (бесплатно или за небольшое вознаграждение).  Безопасность сделки для «заемщика» гарантируется документом со стороны руководства. Деньги из банка не выходят и банк сам по кредитам «расплачивается». Такие схемы практикуют многие банки, и Мастер-Банк здесь не был исключением. Схема вполне работоспособна, пока банк живет. Когда банк банкротят, то все действия по таким «кредитам» останавливаются и в глазах нового управляющего процедурой банкротства превращаются в реально взятые и не выплаченные «заемщиками» их кредитными долгами. Если они не смогут доказать через суд обратное. Именно такую ситуацию после отзыва лицензии у Банка мы и наблюдали, когда миллионы рублей «брали» в долг банковские шоферы и уборщицы: Банк старался срочно провести свою докапитализацию по предписанию регулятора. Следствие вряд ли теперь разберется с деньгами Хафизовых — все трое по Закону о банкротстве теперь судом признаны в 2016 году несостоятельными. Попытки же продать третьим лицам с аукциона права на истребование долгов с семьи Хафизовых не увенчались успехом.  Но попробуем разобраться отдельным порядком. Помогут нам в этом документы по судебным делам, которые вела Управляющая компания АСВ уже в рамках банкротного делопроизводства.

 

Первопроходцем за деньгами в Банк оказался Хафизов А.Ш., когда тучи над Банком еще только начали сгущаться. Первый кредит в 43 215 000 рублей он взял в декабре 2011 года под 8,5 % годовых (стандартный показатель для такого кредита) на 11 месяцев (Подольский городской суд, дело: 2-4727/2014 от ноября 2014г.). Не заплатив ни рубля по первому кредиту, в конце его срока берет и ему выдают второй на тех же условиях на год до 27.12.2013 года на 26 632 500 рублей. Долговой суммарный иск, предъявленный Хафизову А.Ш. управляющей компанией АСВ, составил 108 799 600 руб. 95 коп. В этом судебном деле (слушалось оно без присутствия истца и ответчика, по материалам другого судебного дела) Банк представил документы, что оба кредита были перечислены на счет ответчика. Заемщик же ссылался на то, что он никакие документы для получения кредитов, сами кредитные договоры, а также документы по открытию счетов, на которые перечислялись денежные средства по договорам не подписывал, подписи ему не принадлежат. Была проведена почерковедческая экспертиза подписанных им договорных документов (27 подписей). Вывод: документы подписаны самим Хафизовым А.Ш.  В документах на пролонгацию договора (второй кредит, две подписи), эксперт не смог однозначно ответить, кто автор подписей, так как «Выявить большее количество идентификационных признаков не удалось из-за малого объема содержащейся в подписях графической информации, обусловленной их краткостью и простотой строения». Основываясь на выводах эксперта, суд удовлетворил требование Банка о взыскании с Хафизова суммарно 108 799 600 руб. 95 коп., добавив в его долговую копилку 107 тыс. руб. за экспертизу и 60 тыс. пошлины (за «судебное беспокойство») в доход государства.  Брал ли Хафизов на самом деле деньги и сколько, теперь выяснить уже не получится.

 

Второй наш кредитный фигурант – Хафизов Ш.Ф. – наиболее скромный из семейной тройки. Его кредитная история самая простая. За ним числится 39 346 000 рублей суммарного долга, он нигде его не опротестовывал, не судился и не оставил публичных следов своей связи с Банком. Возраст, все же, имеет свое преимущество перед горячностью молодых. По документам значится, что он по кредитному договору КД №2005361 от 29.11.2012г. получил N-ое количество денег и не исполнял взятые на себя обязательства, накопив в итоге указанную выше сумму долга. Заметим, что отец и сын взяли многомиллионные кредиты в Банке в один день, причем сын уже имел первый непогашенный кредит. По-которому не оплатил ни рубля!

 

Ну, и наконец, о звезде семейного рекорда кредитных стен Мастер-Банка среди физических лиц. Взявшей также личное третье призовое место среди всех граждан-клиентов Банка с суммарным результатом 212 млн. 44 тысячи рублей – Хафизовой О.А.  Воспользуемся судебными материалами Решения Подольского горсуда (Дело № 2-7258/14 от 14 ноября 2014 года) [13] и Определением «О включении в реестр требований кредиторов» Арбитражного суда Московской области (Дело № А41-8648/16 от 24 мая 2016 года) [14].  Из Решения суда от ноября 2014 года можно выделить следующие существенные моменты: о взыскании кредитной задолженности, и об обращении взыскания на предмет залога — живописные произведения (картины) авторства С.Н. Рериха, в количестве 7 штук (именно тех, которые были перечислены в «Новой газете»). Сама Хафизова в суд не явилась. Согласно договору, ей был 12.07.2013 г.  предоставлен кредит на потребительские цели в форме возобновляемой кредитной линии с лимитом кредитования в размере   275 000 000 руб. на срок до 12.07.2014 г. и процентной ставкой за пользование кредитом в размере 8,5% годовых. В обеспечении обязательств по кредитному договору стороны позже заключили договор о залоге № 2272862-ДЗ от 31.10.2013 г., согласно которому Банку было переданы (?) в качестве залога обеспечениясвоевременного и полного возврата кредита живописные произведения (картины) авторства С.Н.   Рериха, в количестве 7 штук, принадлежащих Хафизовой О.А. на праве собственности и находящиеся на хранении у ЗАО «Дирекция выставок и аукционов Министерства культуры». Залоговая стоимость вышеперечисленных картин, согласно Приложению к договору о залоге № 2272862-ДЗ от 31.10.2013 г., составляет … рублей (данные скрыты).

 

Всего же Хафизовой якобы были использованы из возможного лимита кредита только 205 667 000 рублей «чистых» денег, сумма же долга Банку составила свыше 227 млн. рублей. В связи с наличием у кредитного долга залогового обременения в виде картин, интересно обратить внимание на определение Арбитражного суда от мая 2015 года (см. выше), который не столько подтвердил исковые требования к Хафизовой по долгу, сколько определил судьбу картин, находящихся в залоге у банка:

 

«включить требование ООО КБ «Мастер-Банк» на общую сумму 227 146 499,57 руб., состоящую из 205 667 093,90 руб. основного долга, 17 680 732,39 руб. процентов за пользование кредитом, 3 496 340,70 руб. пени на сумму основного долга за период просрочки, 300 572,58 руб. пени на сумму неуплаченных процентов за период просрочки и 1 760 руб. расходов по оплате госпошлины, в третью очередь реестра требований кредиторов должника Хафизовой Ольги Александровны, как обеспеченное залогом имущества должника в виде семи картин авторства Рериха С. Н.»,

что отодвигает возможность обладания самим Банком картин на более поздние сроки, так как по «Закону о залоге» судьба находящего заложенного имущества решается в отдельном судопроизводстве и имеет ряд правовых особенностей по его реализации с торгов и возможной последующей принадлежности самой кредитной организации. Таким образом, суд отодвинул дальнейшую судьбу картин на неопределенное будущее.

 

Важный и интересный факт взаимоотношений между Банком и Хафизовой проскользнул в «Определении от 13 мая 2016 года по делу № Ф41-8648/2016»[15]. 

 

В документе ведется речь о том, что Сафронов А.В., ведущий от Банка исковые процессы к Хафизовой в преддверии её официального банкротства, вдруг дает ей под обычную расписку от 15.12.2015 года 150 тысяч личных денег сроком на 3 месяца и которые ему возвращены, естественно, не были. Суд включает этот неоспариваемый Хафизовой долг, в третью очередь реестра требований кредиторов к должнику, вскоре объявленного официальным банкротом.

 

Теперь попробуем разобраться, что же на самом деле произошло с кредитами Хафизовых и картинами С.Н. Рериха на самом деле.

 

 

«…Где деньги Зин?» И картины – тоже?

 

Сакраментальный вопрос, прозвучавший из уст В. Высоцкого в песне «Диалог у телевизора». Разбираться с ним в новейшем времени – Следственному комитету, если захотят, конечно. Ну, а я позволю предложить свою версию данной истории приключений картин С.Н.Рериха в России. Чем я хуже тех же журналистов центральных СМИ?  И позволю себе часть фактов, заложенных в версию, сокрыть от публичного оглашения, как делают это тот же СК РФ, или оппоненты в лице Д. Попова, Т. Мкртычева, В. Чернявского и К. Рыбака — каждый из нас имеет личное право на маленькие тайны…

 

   Начнем с Хафизовых. Находясь в стеснительных финансовых условиях, Хафизов А.Ш. (сын), мог, конечно, обратиться за кредитом в Банк, оставив там какие-то следы своего интереса. Получил ли он кредит и под него деньги – большой вопрос, несмотря на решение суда, что – да, получал. А вот под его имя вполне могли «выдать» кредит, который исчез неизвестно куда. Дело было в конце 2011 года, когда Банк уже стали подготавливать к банкротству и высасывали из него денежные соки. В лучшем случае это мог быть технический кредит под нужды Банка. В таком случае не исключается, что Хафизова уговорили принять в этом деле участие за определенное вознаграждение. Стороны сдержали свои обещания и по выгодной сторонам взаимной симпатии согласились продолжать сотрудничество в том же духе, заключив пролонгацию кредита в конце первого. Очень удобной оказалась идея сделать Хафизову прибавку в свой личный кошелек, а Банку – иметь надежных семейных клиентов, связанных родством и печатью на устах. Иначе не объяснить тот факт, что после первого кредита Хафизов-сын «получает» второй многомиллионный, и заодно, чтобы не тратиться на бензин дважды – Хафизов-отец в тот же день «получает» такой же солидный кредит вместе с сыном. Не думаю, что они видели эти деньги. В таком бы случае, еще в 2011 году Хафизов А.Ш. мог бы погасить свои семейные задолженности по залогу квартиры (каких-то 4 млн. рублей против 43 в кармане!). Вернув квартиру из залога по первому ипотечному кредиту от 2007 года, и потратив на это чужие деньги другого банка, они мало чем рисковали: и там и там – суды, по которым у них могли только отобрать квартиру за долги. Но в последнем случае, оставался большой навар, что позволило хотя бы рассчитаться с коммунальными долгами. По закону выселить семью из единственного жилья за долги нельзя. А там и новинка —  введение в Закон о банкротстве (октябрь 2015г.) порядка банкротства физических лиц, который освободил их от долговых обязательств перед Банком (на право уступки другим их долга на аукционах никто не позарился – брать нечего!). Так до сих пор и судятся за своё единственное жилье, а это не только нервы, но и немалые деньги. Все бы шло (в любом случае) чин чинарём, но вот банкротство Банка вскрыло такую схему кредитования и сладкая жизнь для всех сторон сразу же закончилась.

 

Но перед этим с кредитный круг вошла Хафизова О.А. Вот тут уже началась совсем другая и большая игра, которая также требовала надежного и сговорчивого компаньона. Вернемся чуть назад, к моменту самого процесса приобретения картин в Америке. Все согласования по вопросу покупки такой крупной коллекции картин, велись на высшем уровне между продавцом и покупателем. Это и высокая общая цена всех картин, продаваемых единым лотом без аукциона, ограничения от обладателя коллекции – только в Россию и не частным лицам в личные коллекции – с условием их дальнейшего размещения в музеях страны. Идеальным покупателем оказался Б.И. Булочник, способный выполнить все требуемые продавцом условия. Места в этих переговорах другим лицам просто не было. И говорить о притязаниях на покупку всех картин какой-то 25-летней девушки из Подмосковья с коммунальными долгами просто несерьезно. Такое могут позволить себе только журналисты, подхватившие возникшую в одном месте «сенсацию». Даже всех семейных денег якобы взятых в Банке (305 млн. рублей), хватило бы только на уплату половины коллекции, а ведь еще существовали немалые расходы по транспортировке картин и прочего технического сопровождения сделки, затрат на оформление ввоза картин в страну по правилам Федеральной таможенной службы (ФТС) России и многое другое. Существовало и пристальное внимание к такой коллекции со стороны государства.  Минкульт был постоянно в курсе всех технических подробностей сделки: свои глаза и уши в Америке были отличные. В Москве всю договорную работу вел официальный представитель НЙМ по России Тодд Нельсон. В узком кругу лиц, которые были задействованы в сделке, шум стоял очень сильный и ни о каком нарушении законов приобретения картин речи быть не могло, включая финансовые, в условиях постоянных трений между самим покупателем и тем же Минкультом. Более того, Булочник вынужден был взаимодействовать с официальными структурами, так как от них многое зависело в момент попадания картин на территорию страны, особенно в момент ввоза, где действуют представители ФТС России. Чиновники помогали Булочнику весьма активно, взяв все заботы под своё ответственное и всемогущественное крыло.  Мало кто мог предположить, что стараются они не просто так, а имеют свой скрытый интерес с дальним прицелом. План этого интереса был разработан заранее, сопряжен с другими факторами, включая банкротство Мастер-Банка, почти совпадающим по времени с моментом приобретения коллекции. Взяв все заботы по доставке картин на себя, чиновники получили их в свои руки и больше не пожелали с ними расставаться. По-русски говоря, «красиво кинули» Булочника за его же деньги и хлопоты. Нужно сказать, что поступили еще «по-божески», отдав те 9 полотен, которые Булочник сразу же, как собственник, через дарственную передал в безвозмездное пользование МЦР.  Состоялось это событие 8 октября 2013 года, за полтора месяца до того, как Банк лишился лицензии.

 

Щедрость чиновников в отношении этих 9 картин шла не от душевного порыва, а от четкого расчета: они мало чем рисковали, зная, что картины потом через несколько лет удастся сперва арестовать под предлогом их приобретения на ворованные деньги, а затем и изъять, что было в классическом стиле войсковой полицейской операции проделано 7 марта этого года. Ждать чиновники умеют — куда торопиться, когда всё в твоихруках! Что же оставалось делать Булочнику? Только молча наблюдать, как разворачиваются события вокруг картин. В то время вообще земля под ногами горела, и надо было, прежде всего, делать всё для спасения самого Банка. Как там планировалась и технически осуществлялась операция по прикрытию изъятия привезенных картин, полной ясности нет. Ясно только то, что была сделана ставка свалить всю вину не на сам факт приобретения картин Булочником, а на Булочника-«вора», который грабил людей через свой Банк и на ворованные деньги приобретал картины, в том числе и эту партию. Прием беспроигрышный – воров в России никто никогда не любил — и оперирование этой версией в глазах общественности оказалось весьма продуктивным. Вот для создания такого образа вора-мецената была разыграна небольшая комедия, в замысле неплохая, но скверно сыгранная актерами. Смысл состоял в том, что были отобраны люди (возможностей было хоть отбавляй), которые должны были взять на себя роль посредников-воров кредитных ресурсов Банка, на которые они затем купили картины в Америке и попались с поличным за руку благодаря бдительности нашего регулятора, вовремя пресекшего теневые махинации в Банке. Выбор пал на семью Хафизовых (образ этакой криминальной группировки, обчистившей Банк до нитки). Фатальной ошибкой разработчиков оперативных мероприятий стало включение в группу еще одного фигуранта – это уже слишком бросается в глаза вдумчивому человеку. Но для остальных могло бы пройти на «ура». Так вот, идея была простой – выдать еще одному члену семьи Хафизовых – Ольге — очень большой фиктивный кредит и затем привязать её и «полученные» в Банке деньги к факту скупки всех картин. Как посредника Булочника или самостоятельного покупателя-коллекционера. Вот почему «злостным нарушителям» кредитных договоров от Хафизовых в июле 2017 года спокойно выдают новый кредит на рекордную сумму более 200 млн. рублей — скорое банкротство все спишет и концы уйдут в воду. Денег от кредита Хафизова в глаза не видела, разве что была в курсе общих деталей соглашения, за которое получила свой гонорар. Но этого для привязки легенды приобретения всех картин Хафизовой на ворованные банковские деньги было мало, и версия прозвучала бы в обществе неубедительно. Слишком широко в причастных к сделке кругах распространилась информация, что картины купил Булочник и он же являлся их собственником.   В схему был заложен веский аргумент для общественности, который в свое время и в нужном месте должен был сработать очень эффективно. Речь идет о залоге Банку картин, якобы являющихся собственностью Хафизовой в привязке к получению ей огромного кредита (куда ушли деньги, если они были в реальности и затем исчезли со счета – пусть ищут те, кому это положено по долгу службы). Конечно, Хафизова не платила Банку за взятый кредит, и вот тогда через положенные три месяца (срок выставления официальных претензий банка к заемщику) состоялось подписание дополнительного договора залога на 7 картин С.Н. Рериха, из коллекции НЙМ. Хотя логично было бы проделать эту процедуру вместе с подписанием основного договора по кредиту ввиду его большой суммы. Закон не запрещает это сделать позже в качестве дополнительного соглашения сторон по гарантированному возврату заемных средств.

 

Однако, в июле 2013 года еще не было такой объективной возможности, так как картины материализовались и со стороны Булочника, и со стороны Хафизовой только в октябре 2013 года. С учетом более ранней даты дарения Булочником МЦР 9 картин С.Н. Рериха (8 октября), плюс некоторое время на оформление дарственных документов, можно считать, что картины были ввезены в страну в сентябре 2013 года. Кредит Хафизова получила в середине июля и за 2 месяца, организовать масштабную операцию по самостоятельному приобретению картин, она была просто физически не в состоянии. В качестве залогодателя перед Банком могло выступить любое третье лицо, необязательно сама Хафизова. Такое допускается, если Хафизова представила соответствующие юридические документы. Но в договоре залога именно она фигурирует как собственница заложенных картин (т.е. на основании соответствующих документов). Булочник же дарил свои 9 картин тоже как собственник, а картины были вывезены из НЙМ единой коллекцией одним техническим исполнителем, действующим по доверенности от собственника – Булочника. «Разделение» прав собственности на полотна Святослава Рериха, если такое реально было, могло произойти только на территории России и в спровоцированном порядке. В залоговых договорных документах, фигурирующих в судебных делах, звучит фраза: «…в количестве 7 штук, принадлежащих Хафизовой О.А. на праве собственности и находящиеся на хранении у ЗАО «Дирекция выставок и аукционов Министерства культуры», которая много чего проясняет. Здесь не важно, как картины попали в это ЗАО — в результате залоговых действий или другим способом. Обычно залог не изымается (если – да, то действие оформляется документально) Банком на собственное ответственное хранение – такое не практикуется – банк не склад для хранения залогового имущества). А вот в «Дирекции» — самое место для хранения картин. «Дирекция» представляет собой организацию со смешанной российской формой собственности с долей федеральной собственности, которую представляет ГМВЦ «РОСИЗО» Министерства культуры РФ.

 

Именно этот Центр занимается комплектованием фондов произведений искусства для музеев, осуществляет их хранение и организует внутреннюю и внешнюю вставочную работу культурных ценностей. В последнем случае Центр имеет большую практику организации по ввозу и вывозу в страну объектов культуры и отлаженную систему документального оформления на перемещаемые объекты, и сложившиеся взаимоотношения между ФТС России и Минкультом, обеспечивающих все правовые вопросы перемещения культурных объектов. Большая вероятность, что и в этой операции по приобретению картин Рериха в Америке «РОСИЗО» принял непосредственное участие, и все картины, попав в Россию, поступили именно туда.

 

Те семь картин Хафизовой никогда не покидали стен «РОСИЗО» и не пылились «в кладовке квартиры» в Подольске, как пишут в СМИ и на некоторых рериховских форумах. «Появились» же они у Хафизовой исключительно в плане разработанной легенды для последующего обоснования изъятия всех картин этой коллекции в пользу государства (Минкульта) под тезисом «уворованных» Булочником денег вкладчиков Банка. И не только из данной партии, но и приобретенные ранее на его деньги и подаренные МЦР. Как говорят – «выстрелили дуплетом». Вот по таким причинам ей было оформлено фиктивное право собственности на эти картины в целях организации видимости залога и махинаций с кредитами со стороны Хафизовой и Мастер-Банка. Никакого риска для утраты этой партии из семи картин не было: банкротство Банка являлось уже предопределенным фактом (оно состоялось меньше чем через месяц), законодательство же позволяет вернуть через некоторое время эти заложенные картины в собственность Банка через управляющее банкротством агентство АСВ.  Далее по определенной процедуре залоговых аукционов вновь получить картины в госсобственность в очищенном от всех обременяющих обстоятельств вида (см. Закон о залоге). Булочнику же никакого резона и совершенно бессмысленно было вводить в игру какого-то посредника (Хафизову) и прикрываться ею для возможного дарения картин Центру – и так все чиновники знали, что именно он приобрел в собственность эту партию картин. А вот вопрос о деньгах – чьи они —  его или ворованные – легко мог быть разыгран с привлечением легенды разработанной и технически раскрученной с привлечением этой женщины. Доказав (чего в нашей жизни не бывает!), что деньги не чистые, картины легко уходят в собственность государства.  Знала ли она, куда ее втянули? Скорее, в общих чертах – да. Деньги (гонорар) ведь не пахнут. Интересен тот факт, что, уже находясь в судебной стадии личного банкротства, Хафизова легко занимает, этакий пустяк – 150 тысяч рублей личных денег — у человека, ведущего исковые дела со стороны Банка против неё. Или она так очаровала господина Сафронова А.В., или это компенсация за беспокойство? Впрочем, филантроп одумался и подал в суд на включение своих денег в исковые претензии к Хафизовой перед самым официальным признанием её банкротом.  Вряд ли он теперь увидит одолженные деньги в своем кармане, если же карман был другой, то спишут по статье «прочие убытки».

 

Где же остальные картины С.Н. Рериха, привезенные из Америки? Не знаю. Это дело следствия. Но я бы в первую очередь заглянул в хранилища «РОСИЗО». Как в том детском стихотворении С.В. Михалкова «Где очки?»:

 

…И старушка увидала,
Что не там очки искала,
Что они на самом деле
У нее на лбу сидели.
Так чудесное стекло
Тете Вале помогло.

 

Перед тем как заниматься сложными поисками картин по частным квартирным кладовкам.

 

Примечания

 

1.Ольга Большакова (специально для «Новой газеты»). «Меценат сбежал, суды проиграны, пришли с обысками», «Новая газета», 11марта 2017 года. https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/03/11/71745-metsenat-sbezhal-proigrali-sudy-prishli-s-obyskami

2. Легенда — это специально подготовленный комплекс соответствующих действительности и вымышленных сведений, имеющих сходство с информацией, получаемой в результате анализа проявляющихся вовне признаков предприятия (работы), и предназначенных для введения противника в заблуждение и сокрытия от посторонних лиц истинного характера и назначения защищаемого предприятия (работы). http://anti-cops.blogspot.ru/1982/04/blog-post.html
3. Данные позиции действительно значатся каталоге Нью-Йорского Музея Н. Рериха для покупателей картин Святослава Рериха и входят в перечень всей приобретенной Б.И. Булочником коллекции.

4. Смотри примечание 3. Данные картины были подарены лично Б.И. Булочником МЦР – дарственная №14 от 08 октября 2013 года. Экспертами Минкульта все 9 картин оценены на общую сумму 66 млн. 842 тысячи рублей.

5. Форум Интернет общины «Содружество». Режим доступа: (http://ay-forum.net/viewtopic.php?f=81&t=856
6. Выставка «Гибнущая коллекция». МЦР, 2010. Режим доступа: http://www.icr.su/rus/events/exhibitions/Cut_off_a_collection_of_Y.N.Roerich.php

7. Форум Рерихком, тема Н-Й Музей Н.К. Рериха. Вопросы к Д. Энтину. Режим доступа: http://forum.roerich.info/showthread.php?t=11650

8. Ресурс «Индостан ру.» Режим доступа: http://www.indostan.ru/novosti/108_8505_0.html

9. Форум Интернет общины «Содружество». Режим доступа:
http://www.ay-forum.net/viewtopic.php?f=81&t=856&start=105

10. Сайт «Живая Этика в мире». Интервью с Д.Поповым, очевидцем спецоперации МВД в МЦР 7-8 марта 2017 г. Режим доступа:
http://lebendige-ethik.net/index.php/rd/rd-sng/379-d-popov-interview#_edn7

11. Андрей Школин. 50 богатейших бизнес-семей России. Режим доступа:
http://www.compromat.ru/page_30800.htm.

12. Режим доступа: http://судебныерешения.рф/bsr/case/7200340

13. Режим доступа к Делу:
https://podolsky—mo.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=113836964&delo_id=1540005&text_number=1

14. Режим доступа к Определению: http://sudact.ru/arbitral/doc/PqVs3rIifBQ4/

15. Режим доступа к Делу: Определение от 13 мая 2016 г. по делу № А41-8648/2016.

 

Новосибирск, 2 апреля 2017 года.

Михаил Бакланов

Источник

 

Международный Центр Рерихов Благотворительный Фонд имени Е.И.Рерих

Международный Совет Рериховских организаций имени С.Н. Рериха

Русский космизм Живая этика и искусство Живая этика и музыка Живая Этика и наука - научно-популярный сайт о новой системе познания группа Соратники, акция, Рерих, Юрий Рерих, Николай Рерих,  Святослав Рерих, Елена Рерих, защита наследия, архивы, картины, коллекции, соратники, квартира Юрия Рериха этика в основе каждого дня, живая этика, агни йога, пакт рериха, знамя мира пакт рериха, знамя мира, николай рерих, всемирный день культуры, биография рерих

Aгни Йога Топ сайт