47 лет назад ушел из жизни Борис Николаевич Абрамов

47 лет назад. 5 сентября 1972, ушел из жизни один из ветеранов Рериховского движения — Борис Николаевич Абрамов,  духовный сын Матери Агни Йоги  Елены Ивановны Рерих.

Судьба этого человека не похожа на судьбы его современников. Он прошёл по земле совершенно особым путём, не укладывающимся в рамки обыденных представлений.

Борис Николаевич Абрамов (2 августа 1897 года, Нижний Новгород, Российская империя — 5 сентября 1972 года, Венёв, Тульская область СССР — харбинский сотрудник и последователь Н. К. Рериха и Е. И. Рерих, автор дневниковых записей, опубликованных (с 1993 года) в серии книг под названием «Грани Агни Йоги», поэт, писатель, педагог.

Б. Н. Абрамов родился в Нижнем Новгороде в семье потомственного дворянина. Отец — Николай Николаевич Абрамов (1872−1917) был военным (с 1916 г. — подполковник). Мать — Екатерина Григорьевна Абрамова (1872 −1954) — дочь отставного подполковника. В семье Абрамовых было двое детей: Борис и его старший брат Николай. Семья была православного вероисповедания. Б. Н. Абрамов был крещён в Воскресенской церкви г. Нижнего Новгорода 24 июля (ст.ст.) 1897 г., о чём сохранилась запись в метрической книге церкви.

Годы обучения. 1910-е гг.

В августе 1906 года в возрасте 9 лет Б. Н. Абрамов начинает обучение в Нижегородском дворянском институте Императора Александра II.

Шестой класс учащихся Нижегородского дворянского института. В первом ряду пятый слева — Б.Н. Абрамов. 1913

Это среднее учебное заведение для дворянских детей (приравнивалось по статусу к классической гимназии) считалось одним из лучших учебных заведений своего времени. В Нижегородском дворянском институте Борис Николаевич обучался по 28 апреля 1915 г. и окончил полный восьмиклассный курс с серебряной медалью.

Б. Н. Абрамов — студент. 1915 г.В том же 1915 г. Б. Н. Абрамов поступил на юридический факультет Императорского Московского университета. В Центральном государственном архиве г. Москвы хранится канцелярское дело студента Б. Н. Абрамова за 1915 г., в котором находятся его прошение на имя ректора университета и комплект документов, необходимых для зачисления. К сожалению, Борису Николаевичу удалось полностью закончить только первый курс университета.

Военная служба. 1916—1918 гг.

В 1916 г. ситуация на фронтах Первой мировой войны становилась всё более сложной и драматичной для российской армии, которая в ходе тяжелых боёв несла невосполнимые потери офицерского корпуса. С марта 1916 г. на военную службу начали призывать студентов высших учебных заведений. Несмотря на то, что в феврале 1916 г. Б. Н. Абрамову было выдана отсрочка для окончания образования в университете до призыва 1924 г., уже в августе он «подвергнут был освидетельствованию в годности к военной службе» и признан «годным». Б. Н. Абрамов был отправлен в первый подготовительный учебный батальон, который находился в родном для него Нижнем Новгороде, в зданиях Нижегородской духовной семинарии. Здесь в течение двух-трёх месяцев студенты проходили первоначальное солдатское обучение, после которого направлялись в школы прапорщиков. 9 ноября 1916 г. Борис Николаевич был зачислен в число обучающихся Школы прапорщиков по адмиралтейству при морской учебно-стрелковой команде в г. Ораниенбауме (ныне г. Ломоносов Ленинградской обл.). 12 декабря он принял присягу на верность службы Государю Императору и Родине. В январе 1917 г. его производят в строевые унтер-офицеры. 2-й выпуск Школы, в составе которого находился Б. Н. Абрамов, завершил обучение в конце февраля 1917 г. В «Списке по старшинству баллов» он числится первым (общая сумма баллов — 146,8) из 153 обучающихся. Позже приказом Временного Правительства весь выпуск февраля 1917 г. был произведён в мичманы флота.

Б. Н. Абрамов — прапорщик по адмиралтейству. 1917 г.

Согласно приказу Командующего флотом Балтийского моря № 143 от 21.04.1917 г., подписанному вице-адмиралом А. С. Максимовым, Б. Н. Абрамов получил назначение в Або-Аландскую укреплённую позицию. Сначала он исполнял должность старшего офицера 2-й роты 2-го отдельного батальона артиллерии Приморского фронта, а весной 1918 г. он уже был командиром этого батальона. Або-Аландская позиция входила в систему обороны Морской крепости Императора Петра Великого, охватывавшей финское и эстонское побережья, и защищала подходы к Петрограду с моря. Военные действия в основном происходили на море, русский гарнизон на Аландах в активных боевых действиях не участвовал. К январю 1918 г. большая часть русского гарнизона была эвакуирована на российский материк. В апреле 1918 г. Б. Н. Абрамов «на основании постановления Центрального Комитета Балтийского флота увольняется от действительной службы с перечислением в ратники государственного ополчения.

Вернувшись в Москву, в этом же месяце Борис Николаевич подаёт прошение на имя ректора Московского государственного университета о восстановлении его студентом юридического факультета, куда он и был зачислен. Однако продолжению учёбы помешала развернувшаяся в стране Гражданская война.

Участие в Гражданской войне. 1918—1920 гг.

Второй этап военной службы Б. Н. Абрамова начался в Пермском крае, где он оказался летом 1918 г. Тогда ему исполнился 21 год.

В такое драматичное время как Гражданская война судьба отдельного человека зависела от истории тех воинских частей, в которых он служил. В связи с непрекращающимися боями и начавшимся общим отступлением Белой армии шло постоянное переформирование войск в целях более успешной тактики. Это нашло отражение и в биографии Бориса Николаевича.

С 1 сентября 1918 г. по 1 марта 1919 г. он в должности командира команды разведчиков состоял на службе во 2-ой батарее Артиллерийского Дивизиона 8-ой Камской стрелковой Артиллерийской Бригады. Эта бригада входила в состав 8-й Камской стрелковой дивизии адмирала А. В. Колчака, которая была одной из крупнейших на Восточном фронте.

152-мм пушка Канэ на позиции

С 1 марта по 1 июня 1919 г. Борис Николаевич перешел на службу младшим офицером на плавучую батарею «Микула Селянинович» в Камской флотилии. Как и во время службы на Балтийском флоте, он обеспечивал боеспособность 152-миллиметровых (6-дюймовых) пушек Кане.

С 1 июня 1919 г. Б. Н. Абрамов стал офицером команды связи артиллерийского дивизиона артиллерийской дивизии морских стрелков и через какое-то время оказался в г. Барнауле.

Ещё в декабре 1918 г. адмиралом А. В. Колчаком был издан приказ о формировании из команд Речной боевой флотилии «Отдельной бригады морских стрелков». При каждом её батальоне была и команда связи. После тяжелых боёв в июле 1919 г. бригада морских стрелков была переформирована в дивизию по штатам стрелковой дивизии. Дивизион артиллерии морских стрелков формировался отдельно от дивизии не в Новониколаевске, а в Барнауле.

Дивизион соединился с дивизией несколько позже. В её составе Б. Н. Абрамов стал участником масштабного отступления Белой армии на восток, которое вошло в историю как Великий Сибирский Ледяной поход под командованием генерал-лейтенанта В. О. Каппеля. Белые войска отступали по старому тракту, где раньше гоняли колодников на каторгу, несли неимоверные лишения и тяготы, без снабжения и в условиях тифозной эпидемии. Потери в войсках были высочайшими. Как указал в биографической анкете Борис Николаевич, пять месяцев с ноября 1919 г. по март 1920 г. продолжался трагический, почти 2000-километровый конно-пеший переход до Читы и далее. Отступающая армия преодолевала 50-градусные морозы, голод и эпидемии на своём пути. В Забайкалье в конце февраля 1920 года дивизия морских стрелков вышла в количестве всего лишь около 300 человек.

В период с января по ноябрь 1920 г. Забайкалье стало последним оплотом Белого движения в Сибири. В феврале 1920 г. остатки армии погибшего генерала В. О. Каппеля под командованием генерал-майора С. Н. Войцеховского соединились с войсками атамана Г. М. Семёнова. К концу февраля каппелевские соединения были переформированы во 2-й и 3-й корпуса. Борис Николаевич в составе армии генерал-майора И. С. Смолина под общим руководством атамана Г. М. Семенова оказывается восточнее Читы в г. Нерчинске, который когда-то был первой столицей Забайкальского края. В армии генерала И. С. Смолина Б. Н. Абрамов служил офицером Артиллерийского парка 2-го корпуса. Этот корпус оборонял район станции Оловянная Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), южнее Нерчинска. В это время приказом атамана Г. М. Семенова его производят в лейтенанты флота военного времени за участие в Ледяном походе. С последними частями 2-го корпуса 20 декабря 1920 года Б. Н. Абрамов прибывает из Забайкалья на ст. Маньчжурия КВЖД в Китае, имея при себе удостоверение от командира Артиллерийского парка Добровольческой бригады. Причиной прибытия им указано «отступление армии в пределы Маньчжурии».

Позже, в одном из писем от 30.01.1922 г. к Е. Г. Зариной Борис Николаевич отмечает в скупых строках об этих тяжелейших годах: «…Только путём невероятных лишений, ужасов и ежеминутной опасности быть убитым или замёрзнуть я спас эту жизнь…».

В 1919—1920 гг. по всей России свирепствовала эпидемия тифа. Тогда против этой болезни ещё не было создано вакцины. Согласно анкете, Борис Николаевич ранен не был, но два раза переболел тифом — сыпным и возвратным. Последствием этого стал приобретённый порок сердца. По воспоминаниям О. А. Копецкой, во второй раз Борис Николаевич перенес тиф уже по прибытии в Китай.

Годы эмиграции в Китае. Харбин. 1920—1950-е гг.

С 1 марта 1921 года Б. Н. Абрамов два года работает помощником лаборанта на заводе сухой перегонки дерева на лесной концессии «Л. С. Скидельского и сыновей» на разъезде Лукашёво КВЖД. Несколько его писем, датируемых 1922 годом, имеют адрес отправления то ст. Лукашёво, то г. Харбин.

С 1 марта 1923 г. по 1 ноября 1931 г., в течение восьми лет, Борис Николаевич работает помощником лаборанта в лаборатории Агрономической секции Земельного отдела КВЖД в Харбине. В 1928 г. в «Известиях Агрономической организации» вышел сборник работ лаборатории под названием «Упрощенные методы исследования бобов и некоторых продуктов их переработки». В этом сборнике была напечатана научная статья Б. Н. Абрамова — «Определение влажности бобов».

Б.Н. Абрамов (в первом ряду 2-й слева). Лаборатория агрономической секции земельного отдела КВЖД. Харбин, 1920-е гг.

Причиной увольнения из лаборатории послужило то, как указывает Борис Николаевич в биографической анкете, что он был китайским подданным (ходатайство о принятии в китайское подданство было подано им в 1925 г.). Осенью 1931 г. Маньчжурия была оккупирована японскими войсками. В связи с этим, видимо, начались массовые увольнения китайских граждан по политическим и идеологическим причинам.

Далее два с половиной года с 1931 г. по 1934 г. Борис Николаевич жил частными уроками — преподавал английский язык. В анкетах он указывал уровень владения языком как «преподаватель» и «переводчик».

С 1 июня 1934 г. до конца 1937 г. Борис Николаевич работал инспектором в торгово-налоговом отделе Городского управления Харбина. С 1 января 1938 г. по 30 ноября 1939 г. служил инспектором в Государственном пошлинном бюро.

С 1 февраля 1940 г. по февраль 1946 г. служил сначала секретарем колледжа, а затем заведующим студенческим клубом в Христианском союзе молодых людей (ХСМЛ) Харбина. Как служащий Союза он состоял его членом.

Затем с 12 февраля1946 г. по 1 августа 1948 г. работал в должности лаборанта химической лаборатории Акционерного общества «И. Я. Чурин и Ко», с 1 октября 1948 г. по 1 марта 1949 г. — Акционерного общества Северо-восточной химической и фармацевтической лаборатории «Востхим».

С 1 сентября 1949 г. в течение 10 лет, вплоть до отъезда в СССР, работал в Харбинском Политехническом институте: сначала лаборантом, через год — преподавателем русского языка и в течение последних трёх лет был консультантом китайских преподавателей русского языка, а также участвовал в составлении учебников русского языка для учащихся.

Борис Николаевич в совершенстве владел английским, знал китайский, мог объясняться на японском и читал немецкие тексты. В анкете 1943 г. он также указывал о среднем знании им французского языка.

Семейное положение

В феврале 1923 г. к Борису Николаевичу приехала мать, как он отмечает, «бежавшая из Забайкалья». Она приехала из г. Иркутска (хотя родилась и жила с семьёй в Нижнем Новгороде. Все годы до своего ухода из жизни она проживала в Харбине с сыном.

Н.И. и Б.Н. Абрамовы. Венёв, 

В январе 1929 г. Борис Николаевич вступил в брак с Ниной Ивановной Шахрай (1907—1994), ставшей его единомышленницей и спутницей до конца жизни.

Нина Ивановна родилась 15 мая 1907 года в г. Пирятине (Украина, Полтавская область). В 1924 году, то есть в 16-17 лет, она оканчивает Харбинское коммерческое училище КВЖД. Через пять лет в 1929 г. получает свидетельство об окончании Юридического факультета в Харбине.

Никаких мест работы в харбинской анкете 1942 г. Нины Ивановны не указано. Она написала, что состоит на иждивении мужа и занимается домашним хозяйством. Вместе с тем, в более позднем документе она отмечает, что имеет 20 лет практического стажа цветочницей и вязальщицей. В «Пенсионном деле Н. И. Абрамовой» не представлено документов, подтверждающих этот трудовой стаж. Видимо, это было неофициальное место её работы либо производство к моменту сбора документов, то есть к концу 1959 г., уже не существовало, а свидетелей не осталось.

Известно, что в середине 1940-х гг. Нина Ивановна перенесла тяжёлую болезнь, которая серьёзно подорвала её здоровье. После перенесённой болезни она уже не могла больше работать. Поэтому на попечении Бориса Николаевича в Харбине находились и мать, и жена.

Духовные поиски

С молодости Б. Н. Абрамов был увлечён вопросами о смысле жизни и назначении человека, активно интересовался теософией и восточной философией. В поисках ответов он много читал и выписывал в тетрадь всё, что касается духовного совершенствования. В его тетрадях и письмах встречаются выдержки из Евангелия, из произведений Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, К. Д. Бальмонта, О. Вейнингера, М. Коллинз и др. Внимательно и неоднократно была изучена им книга Рамачараки «Путь достижения индийских Йогов». Этот период исканий приходится на начало 1920-х гг.

До наших дней сохранились 4 письма Б. Н. Абрамова, адресованные им Екатерине Георгиевне Зариной, члену Президиума Теософского общества во Владивостоке в 1920—1922 гг. Она была издательницей теософского журнала «Новые мысли, новые пути». Письма Б. Н. Абрамова были опубликованы ею в двух номерах журнала (№ 12, 13) за 1922 г. в разделе «Теософическое движение в области в письмах».

Письма показывают напряжение духовных исканий и устремлений Бориса Николаевича. Вот четыре значимых фрагмента из этих писем:

«Одному трудно идти, очень трудно. Но я узнал — не умом, не логикой, а чем-то другим, — что наше знание человеческое — ничто (само по себе <…>), что все религии истинные (ибо идея каждой — Бог), что существует мир Христа и Будды, Сократа и Эпикура, Канта и Толстого, мир такой далёкий и чуждый всему тому, что можно выразить одним словом — обывательщина; что в человеке от создания мира есть две возможности: стать животным и человеком, — и что всё это во мне…» (30.01.1922).
«И мне кажется, что только то учение, которое в состоянии охватить всё: от инфузории до Шекспира, от притяжения атомов до космогонического цикла, от злободневной гнусной сплетни или пошлости до величайшего самоотречения, — смело, без запинки может быть принято мною. Где оно?» (30.01.1922).
«Я глубоко убеждён, что не учреждения, не формы, не правительства и общественный строй надо переделать, а надо переделать самих себя — и остальное придёт само к ним, кому это „остальное“ нужно. И в этой волне теософического движения я вижу проблески грядущего мира и поворота в истории общечеловеческой мысли» (12.05.1922).
«Единственная работа, которой с наслаждением мог бы посвятить всю свою жизнь, — это работа на проведение в жизнь, в мир, новых идей и мыслей, которые уже стали частью моей жизни; и желание моё помочь другим в этом крепнет с каждым днём» (05.06.1922) .

Идея, высказанная в последней цитате, оказалась во многом пророческой. Борис Николаевич, действительно, большую часть жизни посвятил постижению нового Учения Живой Этики (Агни Йоги), принесённого в мир семьёй Рерихов. Первые страницы этого Учения начали составляться в 1920 году. Разработка идей Живой Этики и приложение их в каждодневной практике стали основной линией его творческой деятельности.

Встреча с Н. К. Рерихом

Н. К. Рерих (1874—1947)

Летом 1934 г. произошло личное знакомство Б. Н. Абрамова с Николаем Константиновичем Рерихом (1874—1947), великим художником, мыслителем-гуманистом, инициатором Пакта «Об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников», и его сыном — востоковедом Ю. Н. Рерихом. Рерихи посетили Харбин в период Маньчжурской экспедиции 1934—1935 гг. Эта встреча стала поворотной вехой и определила всю последующую жизнь Бориса Николаевича.

Старшее и младшее Содружество

В период пребывания в Харбине Николай Константинович объединил вокруг себя небольшую группу людей, духовно созвучных Учению Живой Этики, наиболее готовых к сотрудничеству и привнесению идей культуры в жизнь. Под руководством Н. К. Рериха проходили регулярные встречи сложившегося «Содружества». В группу входили, кроме Б. Н. и Н. И. Абрамовых, Е. П. Инге, З. Н. Чунихина, В. К. Рерих, П. А. Чистяков, супруги А. П. и Е. С. Хейдоки, В. Н. Грамматчиков и другие.

Центральное место в этих беседах отводилось Учению Живой Этики, посвященному вопросам беспредельной эволюции мироздания и человечества как его части, их многомерности и глубинной взаимосвязи. Учение, утверждая существование единых Законов космоса, осмысливает их как основы жизни и прогрессивного развития всего сущего. В созвучии и ритме с ними главными направлениями деятельности человека являются творчество, познание, духовно-нравственное совершенствование, труд на общее благо.

Нравственно-философские и культурно-просветительские идеи Н. К. Рериха оказались очень близки Б. Н. Абрамову. Всем сердцем он принял Н. К. Рериха как наставника жизни, духовного Учителя.

Перед отъездом из Харбина Н. К. Рерих вручил Борису Николаевичу и его жене Нине Ивановне кольца ученичества как знак особого доверия и духовной близости. В жизни Абрамовых совершилось самое главное — произошло внутреннее самоопределение, открылись новые горизонты развития и совершенствования.

С середины 1930-х гг. и вплоть до ухода из жизни Н. К. Рериха (1947), а затем Е. И. Рерих (1955) Абрамовы вели переписку с ними и надеялись на новые встречи. До нас дошло 38 писем Е. И. Рерих, адресованных Абрамовым. Эта переписка носила глубоко доверительный и утончённо-сердечный характер. Елена Ивановна называла Бориса Николаевича «духовным сыном» и помогала ему мудрыми советами. Она прислала Абрамовым на память два тома книги «Беспредельность», входящей в состав Живой Этики.

Обложка «Знамя Мира. Русский комитет Пакта Рериха в Харбине. Отчёт» (Харбин, 1934)

В 1934 г. в Харбине был образован Русский комитет Пакта Рериха по защите культурных ценностей, активным сотрудником которого стал Б. Н. Абрамов. В том же году комитетом была издана брошюра «Знамя Мира. Русский комитет Пакта Рериха в Харбине. Отчёт». Символ Пакта — три красных круга в единой окружности — отражает рериховское понимание культуры и движущие силы эволюции человечества. Культура — это синтез лучших достижений в трёх важнейших сферах человеческой деятельности: науке, искусстве и религии. Также это символ прошлого, настоящего и будущего в круге вечности; единство трех начал в человеческом микрокосме — тело, душа и дух, и в бытии — земное, тонкое и огненное начала жизни.

Как самое дорогое пронёс Б. Н. Абрамов через всю жизнь высокие ценности своих учителей, исполняя завещанное ими дело служения культуре и духовному просвещению.

«Содружество», основанное Н. К. Рерихом, просуществовало долгие годы, вплоть до 1950-х гг., когда члены его начали разъезжаться по разным странам из китайского Харбина. Позже оно получило название «старшего» «Содружества», так как некоторые из его членов, в свою очередь, стали вести небольшие группы молодых людей по изучению Живой Этики.
С начала 1940-х гг. под руководством Б. Н. Абрамова сложился круг заинтересованных молодых людей, ставших со временем его духовными учениками и ученицами. Еженедельный ритм встреч многими годами создавал основу для глубокого погружения в идеи Учения Живой Этики и мощного подъёма творческих сил.

На встречах изучались основы философии и практики нравственного совершенствования Живой Этики, вырабатывались правила жизни и внутренней работы над собой. Большое внимание уделялось развитию собственных творческих способностей членов группы. Борис Николаевич поддерживал учеников, делился своим опытом, давал ценные советы. 

Среди учеников Б. Н. Абрамова:

  •     Наталия Дмитриевна Спирина (1911—2004) — рериховед, поэт, основатель и председатель Сибирского Рериховского Общества (Новосибирск), инициатор и организатор создания двух Музеев Н. К. Рериха в Новосибирске и в Горном Алтае, в селе Верхний Уймон. Издательством СибРО опубликованы конспекты её бесед с Борисом Николаевичем с 1946 по 1971 год под названием «Искры Света».
  • Ольга Стефановна Кулинич (в замуж. Коренева, ок. 1921—2011) — музыкант-исполнитель, жила с 1962 г. в Австралии, закончила консерваторию в Сиднее, писала стихи и прозу.
  • Ольга Адриановна Копецкая (ур. Бузанова, 1924—1999), художница, жила с 1959 г. в Австралии.
  • Аркадий Семёнович Падерин (1914—1979), художник-оформитель, увлекался рисованием и музыкой. После возвращения в СССР жил в Свердловске.
  • Борис Андреевич Данилов (1927—2011) был учеником Е. П. Инге, одной из активных участниц «старшего» «Содружества». С 1950 г. по её просьбе (в связи с отъездом в Германию) Б. Н. Абрамов продолжил занятия с ним до его отъезда в СССР в 1954 г. Б. А. Данилов писал статьи и воспоминания; более 20 лет был директором издательства «Алгим» (Новосибирск), издавшего рукописи Бориса Николаевича.

Возвращение в Россию. Новосибирск — Москва

Долгие годы Б. Н. и Н. И. Абрамовы находились в ожидании возвращения на Родину, поскольку стремились к исполнению завета своих духовных Учителей Н. К. и Е. И. Рерихов — ехать именно в Россию, страну будущей новой культуры. Когда такая возможность, наконец, открылась, семья Абрамовых переехала в СССР.

22 сентября 1959 г. Генеральное консульство СССР в Харбине удостоверило ряд документов, касающихся жительства и мест работы Б. Н. Абрамова, а 8 октября супруги уже получили советские паспорта и через неделю были прописаны в Новосибирске.

Борису Николаевичу удалось провезти через жесткий досмотр на границе книги Учения Живой Этики, свои духовно-философские дневники, переписку с Рерихами. Позже, в начале 1990-х гг., эти чудом привезённые книги стали источником первой полной публикации Живой Этики в Советском Союзе.

Обустройство на Родине заняло несколько лет и складывалось непросто. Больше года прожили Абрамовы в Новосибирске на квартире у харбинских знакомых, занимая одну комнату и не имея возможности распаковать вещи. Получить собственное жильё (несмотря на обещания властей) или снять что-то подходящее им так и не удалось.

Известно, что Борис Николаевич работал один месяц в марте 1960 г. в Новосибирской областной библиотеке. 27 сентября 1960 года в Картинной галерее Новосибирска открылась постоянная выставка картин Н. К. Рериха. Основу этой коллекции составили 60 полотен, которые передал в дар Сибири Ю. Н. Рерих. В организации выставки активно помогал и Борис Николаевич. Он принимал участие в развешивании картин и информационной разработке экспозиции. Есть сведения, что он публиковал статьи в местных газетах.

Ю. Н. РерихСразу по приезде в СССР Б. Н. Абрамов приехал в Москву для личной встречи с Ю. Н. Рерихом, вернувшимся на Родину в 1957 г. Во время встречи (прошедшей до 8 декабря 1959 г.) состоялась важная беседа. В СССР Юрий Николаевич привёз большую часть наследия родителей — картины, рукописи, коллекции восточного искусства. В то время он много хлопотал о возможности создания в Москве или Петербурге Музея Н. К. Рериха. Сотрудничество с Юрием Николаевичем, участие и помощь в его делах были, несомненно, важной целью Бориса Николаевича и явились причиной его стремления к переезду в Москву. Однако так сложилось, что это была их единственная личная встреча. Второй приезд Б. Н. Абрамова в Москву в конце мая — начале июня 1960 г. был омрачен трагической вестью об уходе из жизни Ю. Н. Рериха.

Ранее, узнав о проблеме Абрамовых с жильём в Новосибирске, Юрий Николаевич пытался помочь им обосноваться в Москве. Вариантов поселения на тот момент оказалось два: либо на строящейся специально для Ю. Н. Рериха государственной даче, либо на даче академика Н. Д. Зелинского, с семьёй которого был дружен Юрий Николаевич (сын академика был его учеником).
После смерти Ю. Н. Рериха строительство его дачи остановилось. Получив разрешение от Зелинских поселиться на их даче, Абрамовы переехали в Москву и с середины февраля до конца мая 1961 г. жили в Подмосковье, заняв флигель, обустроенный для жизни в холодный период. Однако получить постоянную прописку там оказалось невозможным, и им пришлось искать новое местожительство.

После непростых поисков Борис Николаевич остановил свой выбор на г. Венёве Тульской области. Город располагается в 163 км к юго-востоку от Москвы. Важную роль в этом решении, по всей видимости, сыграли более теплый климат (в связи с нездоровьем Нины Ивановны), близость к столице и возможность на электричке побывать там. 12 июня 1961 г. Абрамовы приехали в Венёв и жили здесь до февраля следующего года.

В 1961 г. во время пребывания в Москве З. Г. Фосдик, исполнительного директора Музея Николая Рериха в Нью-Йорке, с целью изучения архивов о Н. К. Рерихе Б. Н. Абрамов оказывал активную помощь в её работе. Познакомились они в начале 1950-х гг. по инициативе Е. И. Рерих через письма. З. Г. Фосдик вспоминала:
« «Борис Николаевич во многом мне способствовал, был полон воодушевления, находил для меня нужные справки, а также знакомил меня с кипучим духом тогдашней жизни и устремлениями молодёжи к новым веяниям в литературе и искусстве. Сам он горел огнем духа, верил в светлое будущее, был полон внутренними исканиями. Красота, в чём бы она ни выражалась, на него глубоко действовала, он весь светился при соприкосновении с нею. Всем он хотел помогать, чем только мог. Помню его слова: “Я всегда привык давать, а вот брать трудно для меня”». » (З.Г.Фосдик. Мои Учителя. Встречи с Рерихами (По страницам дневника: 1922-1934)».

В том же году Б. Н. Абрамов посетил Свято-Троицкую Сергиеву Лавру и молился перед мощами преподобного Сергия Радонежского. По его просьбе, монах даже открыл раку, и Борис Николаевич смог приложится к мощам Святого. Б. Н. Абрамов глубоко почитал и любил облик преп. Сергия — величайшего духовного Водителя, Заступника и Покровителя России, оказавшего ключевое влияние на формирование духовной культуры и государственности нашей страны.

Рака с мощами прп. Сергия Радонежского (Троицкий собор)

По приглашению знакомых из Украины Абрамовы весной 1962 г. предприняли последнюю попытку поменять место жительства и обосноваться на окраине Киева, в сельской местности. Однако оказалось, что знакомые не выполнили своих обещаний, и надежды на получение жилплощади не осуществились. Абрамовы в июне того же года вернулись назад в Венёв и обосновались здесь до конца жизни.
 Венев — небольшой старинный русский город, в котором в 1960-х годах проживало около 6 тысяч человек. По преданию, венёвские места были ознаменованы приходом преп. Сергия Радонежского в Венев-монастырь навестить своего духовного ученика — игумена Петра, первого настоятеля мужской обители. Преп. Сергий подарил ему жезл, власяницу и посох, которые хранились здесь до 1930г.

Над Венёвом возвышается величественная колокольня разрушенного после Великой Отечественной войны Николаевского храма. Это самая высокая колокольня в Тульской области — 77,5 м. По воспоминаниям венёвцев, Б. Н. Абрамов заботился о её восстановлении, видя в ней символ стойкости и устремлённости человеческого духа.

Борис Николаевич полюбил природу венёвского края. Его глубоко тронула легенда о 12 ключах, рассказанная ему венёвским другом. Это место, как и другие живописные окрестности Венёва, он любил посещать и радовался красоте природы.

Третьим местом жительства Абрамовых в Венёве стала однокомнатная квартира в двухэтажном панельном доме, которую они получили в 1964 г. Однако шум и беспокойство соседей вынудили их через год переехать в небольшой частный дом, где и прошли последние годы жизни Бориса Николаевича. Это был дом барачного типа (на трёх хозяев), где они заняли третью часть дома и полоску огорода. До наших дней дом не сохранился. В 1987 г. на его месте построено жилое пятиэтажное здание.

Дом в Венёве по ул. Советской, 13,
в котором жили Абрамовы

В Венёве Б. Н. Абрамов, несмотря на пенсионный возраст, старался найти работу: преподавал английский язык на вечерних курсах и давал частные уроки поступающим в вуз.

К сожалению, приехавших из-за границы в СССР окружала атмосфера подозрительности и настороженности. Абрамовых это вынуждало быть более замкнутыми и осмотрительными. Подполковник в отставке Ю. П. Бургасов, работавший в то время директором автотранспортного предприятия и близко знавший Б. Н. Абрамова семь лет, вспоминал:
«Многие знали о нашей дружбе. Я за это два строгих выговора получил и предупреждение об исключении из партии. В Венёве он больше никому о себе не рассказывал, отчасти и потому, что я его предупредил». «Борис Николаевич был кристальной чистоты человек. Для него честь была дороже жизни. Таких офицеров, как он, я знал очень немного»

Несмотря на бытовую неустроенность (приходилось самому носить воду, колоть дрова, топить печь, работать в огороде), интенсивность творческой жизни Бориса Николаевича никогда не прерывалась. Близость к Москве позволяла ему посещать важные мероприятия рериховской направленности и поддерживать контакты с единомышленниками. Известно, что он присутствовал на праздновании 60-летия Ю. Н. Рериха в Институте народов Азии АН СССР в 1962 г., на праздновании 90-летия Н. К. Рериха и на выставке его картин в Государственном музее искусств народов Востока в 1964 г., в сентябре 1965 г. — на открытии памятника Ю. Н. Рериху на Новодевичьем кладбище.

Многие друзья, несмотря на дальность расстояний, посещали Абрамовых в Венёве. диномышленники и друзья приезжали к Борису Николаевичу для бесед на темы Учения Живой Этики и теософии, чувствуя в нём силу духа и признавая его авторитет. «Вы для меня очень Большой Человек», — писал Б. Н. Абрамову в августе 1961 г. художник-космист В. Т. Черноволенко. В 1963 г. Н. И. Абрамова в одном из писем к Н. Д. Спириной отмечала: «На Новый год мы получили 34 поздравления, и все, конечно, ждут писем…».

В 1972 г. Борис Николаевич получил долгожданную и радостную весть: в серии «Жизнь замечательных людей» вышла книга «Рерих». Один из её авторов, П. Ф. Беликов, крупный рериховед, близкий и преданный сотрудник семьи Рерихов, с которым Борис Николаевич состоял в переписке, подарил ему книгу с дарственной надписью: «Дорогому Борису Николаевичу с сердечным приветом и самыми светлыми пожеланиями. Автор. 22.08.1972 года».

Лето 1972 года было очень засушливое и жаркое. Начались пожары на торфяных болотах, вызвав сильное атмосферное загрязнение. Борису Николаевичу приходилось поливать огород, носить воду из колонки и самому заготавливать дрова. Для его сердца эта нагрузка оказалась чрезмерной.

5 сентября 1972 года Борис Николаевич Абрамов скоропостижно ушёл из жизни. Он был похоронен в Венёве на кладбище возле старинного Иоанно-Предтеченского храма.

Борис Николаевич Абрамов. Конец 1960-х гг. Венёв

Несмотря на физическую слабость и нездоровье, Нина Ивановна прожила ещё более 20-ти лет одна. В середине 1980-х гг. она получила квартиру в новом доме. Все последние годы Нину Ивановну опекали Б. А. Смирнов-Русецкий и его ученики (Е. А. Николаев, О. И. Тананаева и др.), которые регулярно приезжали из Москвы в Венёв, привозили продукты и лекарства.

Н. И. Абрамова ушла из жизни 20 июня 1994 г. Похоронена рядом с мужем.

Нина Ивановна хранила архив и рукописи Бориса Николаевича, за несколько лет до своего ухода передав их Б. А. Данилову и Н. Д. Спириной в Новосибирск.

Творчество

Записи на духовно-философские темы

Истоки и преемственность
Грани Агни ЙогиГлавным трудом всей жизни Б. Н. Абрамова стало составление нравственно-философских записей, развивающих темы Учения Живой Этики (Агни Йоги) и отражающих практический путь самосовершенствования, которому он неуклонно следовал до конца своих дней. Начало записей относится к 1940 г., последней датой является 5 сентября 1972 г., день ухода Бориса Николаевича из жизни.

Е. И. и Н. К. Рерихи были знакомы с записями Б. Н. Абрамова, которые он им посылал в Индию. В ответных письмах Елена Ивановна неоднократно подтверждала их единый с Учением Живой Этики (Агни Йоги) духовный источник и идейную преемственность. Она призывала Бориса Николаевича «хранить эти жемчужины» и, не сомневаясь в своих силах, систематично продолжать творческую работу.
«Борис должен продолжать записывать свои ощущения и все, что слышит. Главное, нужно придерживаться систематичности и последовательности в этих записях. (Письмо от 23.01.1951 г.)»
«Родной мой Борис, отбросьте все сомнения. Помните, что, пока Вы связаны любовью и преданностью к Великому Образу Духовного Учителя, никто и ничто не может нарушить эту связь. Конечно, понимаю сердцем, как Вам хочется слышать подтверждение об этой связи, и с радостью, троекратно, подтверждаю то, что Вы передаете мне, как именно исходящее из Высшего Источника. (…) Очень хотела бы иметь еще строки Изречений, явленных Вам. Храните эти жемчужины и не удивляйтесь, что услышанное и рождающееся в Вашем мозгу близко получаемому Учению, но иначе как же усвоить даваемое? (Письмо от 28.12.1954 г.)»

Записи Б. Н. Абрамова, получившие при первом издании (с 1993 г.) название «Грани Агни Йоги», поясняют и углубляют многие философско-антропологические и нравственно-практические идеи Учения Живой Этики (Агни Йоги), составляя с ним единый корпус первоисточников. Это отмечают исследователи, изучающие наследие семьи Рерихов и их последователей.

Кратко характеризуя эту традицию знания, можно проследить, как от 1870-х гг. (когда начала свою работу над теософскими книгами Е. П. Блаватская) — к 1970-м гг. тематика по сути единого учения становилась более конкретно-практической. Если «Тайная Доктрина» охватывает обширный круг разнообразных проблем онтологии, гносеологии, космогонии, антропогенеза, теории эволюции Земли и человечества, многомерной природы космоса и человека и т. д., то Учение Живой Этики сосредоточивается прежде всего на философско-антропологических, социальных и этических вопросах. В свою очередь, в «Гранях Агни Йоги» преимущественное внимание уделяется теме нравственного преображения человека в проекции каждодневной жизненной практики. «Грани Агни Йоги» представляют собой опытное руководство и своего рода энциклопедию духовно-нравственного совершенствования человеческого сознания. Путь саморазвития является здесь важнейшим источником прогрессивных изменений общества и жизни на земле.

Понятийный аппарат, основные проблемы и подходы к их рассмотрению, образный строй «Граней Агни Йоги» аналогичны книгам Учения Живой Этики. Что касается стиля изложения записей, то следует отметить, что при всей их близости к книгам Учения, он отличается своеобразием, присущим именно Б. Н. Абрамову. Поскольку «Грани Агни Йоги» являются развитием основных «граней», то есть идей Живой Этики, будет закономерным прежде их изучения познакомиться и с Учением, и с художественным, публицистическим и эпистолярным наследием Е. И. и Н. К. Рерихов.

На вопрос, как и откуда рождаются образы и идеи в сознании, творческие люди дают разные объяснения. Одни говорят — они сами рождаются в воображении, другие — тонко чувствуют приход этих образов откуда-то из пространства, третьи — черпают новые идеи в снах и т. д. Надо полагать, различные ответы отражают не только субъективное осмысление, но и разные источники творческой деятельности. Б. Н. Абрамов был далек от присваивания себе создание прекрасных, глубоких идей, которые он стал записывать. Он понимал, что эти идеи существовали и существуют в безбрежном многомерном пространстве безотносительно к его личности, до и вне его. В этом проявилась традиция анонимности знания и истины как таковых, подчеркивающая их общечеловеческую природу, которая не может быть чьей-либо собственностью.

За подтверждением своего понимания источника записей Борис Николаевич обратился к Е. И. Рерих. Она ответила твёрдо и определённо, что записи являются результатом его сотрудничества с духовным Учителем, дававшим книги Живой Этики и являвшимся одним из Авторов «Тайной Доктрины». Возникшая духовно-телепатическая связь свидетельствовала о близких взаимоотношениях Б. Н. Абрамова с духовным Учителем, складывавшихся на протяжении многих прошлых существований Бориса Николаевича. После ухода Е. И. и Н. К. Рерихов с земного плана он стал воспринимать и записывать сообщения и от них.

Авторитет Н. К. Рериха и Е. И. Рерих как мыслителей-гуманистов даёт нам основание на позитивное, доверительное отношение к записям Б. Н. Абрамова. Далее каждый изучающий может своим опытом понимания и применения оценить плодотворность и жизненность знаний, содержащихся в них.

В рассматриваемой традиции знания подлинное творчество — это всегда большая внутренняя работа, требующая постоянной дисциплины, самоконтроля, распознавания качества своих мыслей, чувств и сердечно-волевого управления ими. Гармоничность и значительность творческих результатов находятся в прямой зависимости от одухотворенности и глубины сознания их творца.

Неслучайно Б. Н. Абрамов чаще всего работал глубокой ночью или ранним утром, когда сознание было более чутким и утончённым после ночного сна, не погруженным в дела и суету повседневности (днём он переписывал всё начисто). При этом, сам путь духовного развития ставил перед ним планку выше — удержать эту чистоту и возвышенность мышления в течение всего дня.

Таким образом, «Грани Агни Йоги» ценны не только открытием новых горизонтов знания, но и описанием индивидуальной духовной работы, которую Борис Николаевич не прекращал ни на минуту. Путь неуклонного утверждения в своих действиях высших ценностей и сознательного противодействия всем низшим проявлениям человеческой природы и лежит в основе духовного подвижничества, или йоги. В этом содержание «Граней Агни Йоги» созвучно Учению Живой Этики, в основе которого лежит уникальный духовный опыт Е. И. Рерих.

Мало кто из друзей знал о подвижническом труде Б. Н. Абрамова. Он не стремился распространять свои записи, так как всякое миссионерство в области духовного знания отвергается в традиции Живой Этики. Те же, кто был знаком с ними при его жизни, за малым исключением, восприняли их с глубоким уважением и доверием.
Через все книги «Граней Агни Йоги», так же как и Учения Живой Этики, красной нитью проходит краеугольная тема духовно-нравственного совершенствования. Она развивается в контексте онтологических и философско-антропологических представлений о многомерности бытия и человека, беспредельности жизни и бессмертии человеческого духа как высшей части его многоуровневой природы, цикличности существования человека в земном и надземном мирах.

Литературное, музыкальное и живописное творчество

Б. Н. Абрамов был всесторонне образованным человеком: любил и хорошо знал литературу, музыку, живопись, разбирался в технике. Писал стихи и рассказы на духовно-нравственные темы, рисовал акварели — пейзажи и символические картины, играл на фортепиано и сочинял музыку. Н. Д. Спирина, ученица Бориса Николаевича, отмечала, что он не уделял этой стороне своего творчества большого внимания. Вместе с тем, оно настолько ярко отражает его мировоззрение и гармонично по форме, что о нём стоит сказать особо.

Художественное творчество Б. Н. Абрамова дошло до нас, к сожалению, не в полном объёме. В его записях и письмах мы находим описание акварелей и названия рассказов, до настоящего времени не обнаруженных. То, что нам известно из его творческого наследия, преимущественно относится к харбинскому периоду его жизни.

Литературное, музыкальное и живописное творчество Б. Н. Абрамова наполнено стремлением передать красоту и одухотворённость жизни, приоткрыть тайны тонкой, духовной реальности, доступной чуткому и чистому сознанию человека. Содержание его произведений отражает глубокое проникновение в сущность духовно-философских идей Учения Живой Этики.

Стихи и рассказы Б. Н. Абрамова, написанные в 1940—1950-х гг., впервые опубликованы в альманахе «Феникс» (г. Аделаида, Австралия).

Поэтические произведения построены на ярких, запоминающихся метафорах («Белый орёл», «Ёлочка» и др.) и выразительных противопоставлениях («Мрачны и тесны пределы земные…»). В образной форме здесь передаются глубокие философские идеи о многомерности человеческой природы, присутствии в нас света духа, озаряющего сознание, о его неутолимом стремлении к своей высшей, небесной родине.

Лейтмотивом в поэзии Б. Н. Абрамова звучат темы горнего пути, символизирующего духовное восхождение человека («Голгофа жизни», «Ночью ненастною путники дальние…», «Путь горний»), неустанной борьбы и преодоления себя и жизненных испытаний («Напутствие», «Жемчужины»), сердечного обращения к духовному Учителю как ведущему и руководящему началу («Устремлённое сердце горит…», «Звёзды духа»). Есть стихотворения, посвященные Сергию Радонежскому («Наш жизненный путь — тернистый…»), Е. И. Рерих («Из туманных глубин неосознанных дней…»), а также написанные по картинам Н. К. Рериха («Холм» — по картине «Сам Вышел»).

Следует отметить, что многие параграфы, из которых состоит текст «Граней Агни Йоги», написаны белым стихом (1952 г. 528; 1954 г., 112; 1958 г., 192 и др.). Иногда присутствует разделение на стихотворные строки и рифма (1951 г. 158, 160 и др.).

Стихотворения Б. Н. Абрамова внутренне музыкальны, и не случайно некоторые из них были положены на музыку. До нас дошли ноты 15-ти вокальных произведений Б. Н. Абрамова. По воспоминаниям Н. Д. Спириной, Борис Николаевич любил классическую музыку, обладал красивым голосом, пел.

И. К. Дмитриев, пианист, композитор, заслуженный деятель культуры Республики Алтай, определяет жанровую принадлежность музыкальных миниатюр Б. Н. Абрамова как духовную музыку с элементами других жанров: «…В „Устремлённом сердце“ совершенно явные черты романса начала XX века. Произведение „Поют струны“ — это как бы импровизация, сродни той, что мы встречаем в пении алтайских сказителей… „Олень“ — это типичная баллада. Произведение „Чертя крылом“ по жанру также близко к балладе или, скорее, к рапсодии…».

С 2007 г. вокальные произведения Б. Н. Абрамова исполняются солистами Новосибирского театра оперы и балета В Музее Н. К. Рериха в Новосибирске регулярно проходят концерты, где звучат эти произведения.

В фондах новосибирского Музея Н. К. Рериха хранятся 13 рисунков, выполненных графитовым карандашом, и 17 акварельных рисунков Б. Н. Абрамова. Большинство этих работ было передано Н. Д. Спириной Н. И. Абрамовой в 1974 г. 13 из 17 акварелей датированы январем 1941 г. Названия своим произведениям Б. Н. Абрамов не давал.

Первая публикация рисунков была осуществлена в 1997 г. в журнале СибРО «Перед Восходом». В том же году, к столетию со дня рождения Бориса Николаевича, акварели впервые экспонировались во время юбилейной конференции в Новосибирске.

Б.Н.Абрамов. Акварель

Живописные и графические работы Б. Н. Абрамова глубоко символичны. На акварелях мы встречаем мотивы, близкие к символике Н. К. Рериха. Горы и восхождение на них символизируют жизненный путь человека, устремлённого к достижению избранных идеалов и высших ценностей духа. Путь этот наполнен препятствиями и суровыми испытаниями. На многих рисунках изображена узкая горная тропа, по которой поднимаются человеческие фигуры. В этих работах центральное место занимает образ духовного Учителя, самоотверженно охраняющего и оберегающего путников жизни от угрожающих им злых и разрушительных сил.

Свои размышления о жизни художник выражает и в пейзажах: холмы, реки, перелески обозначены плавными, мягкими линиями, что вносит ощущение тишины и спокойного величия природы. На переднем плане одного из пейзажей чётко прорисованы деревья, порушенные природными стихиями, и огромные валуны, среди которых они, кажется, просто чудом смогли укрепиться и вырасти. Эти деревья символизируют внутреннюю стойкость и силу противостояния окружающим, часто враждебным условиям жизни. Уходящая вдаль бескрайняя гладь реки создаёт ощущение безграничности пространства, заставляя задуматься о непрерывном течении жизни.

В графических работах Бориса Николаевича повторяется образ птицы с камнем в клюве. На некоторых рисунках имеется надпись «Алатырь». Алатырь — «в русских средневековых легендах камень с чудесными и целебными свойствами» , символ мощи природы, вечности и бесконечности движения вселенной.


Фильм «Устремлённое Сердце» создан студией Сибирского рериховского общества к 110-летию со дня рождения Бориса Николаевича Абрамова

Международный Центр Рерихов Благотворительный Фонд имени Е.И.Рерих

Международный Совет Рериховских организаций имени С.Н. Рериха

Русский космизм Живая этика и искусство Живая этика и музыка Живая Этика и наука - научно-популярный сайт о новой системе познания группа Соратники, акция, Рерих, Юрий Рерих, Николай Рерих,  Святослав Рерих, Елена Рерих, защита наследия, архивы, картины, коллекции, соратники, квартира Юрия Рериха этика в основе каждого дня, живая этика, агни йога, пакт рериха, знамя мира пакт рериха, знамя мира, николай рерих, всемирный день культуры, биография рерих

Яндекс.Метрика